Все записи автора DOMINUS

Раздел 4. Мария — Матерь кающихся грешников

ВЕЛИЧИЕ МАРИИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

О молитве «Salve, Regina»

В этой части рассматриваются многие обильные милости, которые Матерь Божия дарует своим почитателям (по молитве «Salve, Regina»).

ГЛАВА 1

Salve, Regina, Mater misericordiæ

Раздел 4. Мария — Матерь кающихся грешников

Мария заверила Святую Бригитту, что Она становится Матерью не только праведным и невинным, но и грешникам, если только они желают исправиться[1]. Когда грешник кается и бросается к Её ногам, то наша добрая Матерь Милосердия больше любой земной матери стремится обнять и помочь. Святой Григорий писал принцессе Матильде: «Положи конец желанию грешить, и я без сомнения обещаю, что Мария станет любить тебя сильнее матери по плоти»[2]. Но если кто-либо желает быть сыном нашей великой Матери, должен сначала оставить свои грехи, а затем уже надеяться быть принятым Ею как сын. Ричард, комментируя слова «Встают дети её…»[3], отмечает, что сначала идёт слово «встают»— surrexerunt, а потом «дети» — filii; потому что не может быть сыном Марии тот, кто прежде не поднимется из нечистоты, в которую впал. Ибо, говорит Святой Пётр Хрисолог, кто творит дела, противные деяниям Марии, тот своим поведением отрицает желание быть Её сыном[4]. Мария смиренна, станем ли мы гордиться? Мария чиста, можем ли мы быть не таковыми? Мария полна любви, станем ли мы ненавидеть ближнего? Кто отрицает Её своей жизнью, тот доказывает, что не является и не желает быть сыном нашей святой Матери. «Сыны Марии, — повторяет Ричард Святого Лаврентия, — Её подобия в чистоте, смирении, мягкости, милосердии»[5]. И как может тот, кто отрицает Её своей жизнью, осмелиться назвать себя сыном Марии? Один грешник однажды сказал Марии: «Прояви Себя как Мать», но Пресвятая Дева ответила ему: «Покажи, что ты мой сын»[6]. Другой, призывая Божественную Мать, называл Её Матерью Милосердия. Но Мария сказала ему: «Вы, грешники, когда ждёте от Меня помощи, то называете Матерью Милосердия, но своими грехами вы делаете Меня матерью страданий и горя». «…Проклят от Господа раздражающий мать свою»[7]. Ричард отмечает, что здесь речь идёт о Марии. Бог проклинает всякого, кто огорчает Его Мать своей плохой жизнью и упорствует в своих грехах.

Я пишу об упорстве, потому что, когда грешник, который, может, ещё и не оставил своих грехов, делает усилие, чтобы покончить с ними и ищет помощи у Марии, эта Мать не откажет ему в помощи и приведёт его к Божией благодати. Так, Святая Бригитта однажды узнала от Самого Иисуса Христа, что Он, говоря со Своей Матерью, сказал: «Ты помогаешь тем, кто стремится вернуться к Богу, и не оставляешь ни одну душу без утешения»[8]. Пока грешник упрямится, Мария не может любить его; но если он, понимая, что порабощён какой-либо страстью, которая делает его рабом греха, поручит себя Пресвятой Деве и будет умолять Её, с уверенностью и настойчивым желанием спастись от своего греха, то наша добрая Мать не замедлит протянуть Свою могущественную руку и освободить от цепей, обезопасить от вечной смерти. Учение о том, что, будто бы все молитвы и деяния, совершённые в состоянии разделения с Богом посредством греха, грешны, было осуждено Тридентским Собором[9]. Святой Бернард говорит, что, хотя молитва грешника лишена красоты, ибо не украшена любовью, всё же полезна для освобождения от греха[10]. Святой Фома учит[11], что, хотя в молитве грешника нет никакой заслуги, она служит обретению благодати прощения; ибо сила её обретения основана не на достоинстве молящегося, а на Божественной щедрости и на заслугах и обещаниях Иисуса Христа, сказавшего: «Всякий просящий получает»[12]. То же можно сказать о молитвах к Божественной Матери. «Если молящийся, — говорит Святой Ансельм, — не заслуживает быть услышанным, то он будет услышан благодаря заслугам Марии, Которой он поручает себя[13]». Отсюда Святой Бернард увещевает каждого грешника молиться Марии с великим упованием, потому что, если он не заслуживает того, что просит, Мария через Свои заслуги обретёт для него благодати, о которых он просит Бога[14]. «Добрая мать, — говорит тот же святой, — всегда сделает следующее: если она будет знать, что двое её сыновей стали заклятыми врагами и один покушается на жизнь другого, то постарается любыми способами умиротворить их. Так, Мария является Матерью Иисуса и людей; когда Она видит, как кто-то становится врагом Иисуса Христа из-за своих грехов, Она не может стерпеть этого и прилагает все усилия для их примирения»[15]. Наша самая снисходительная Госпожа требует от грешника лишь отдаться Ей и иметь намерение исправиться. Когда Она видит грешника, припадающего к Её ногам, чтобы молить о милости, Она не смотрит на бремя его грехов, а только на намерение, с которым он пришёл. Если он приходит с хорошими намерениями, то, даже если бы он совершил все на свете грехи, Она обнимет его как самая любящая Мать и снизойдёт, чтобы исцелить все раны его души. Ибо мы не только называем Её Матерью милосердия, Она действительно является таковой, проявляя любовь и нежность, приходя нам на помощь. Пресвятая Дева сказала об этом Святой Бригитте: «Какими бы ни были грехи людей, когда они обращаются ко Мне, Я готова сразу же принять их; не думаю Я и о том, как долго кто-либо грешил, но с каким намерением пришёл; я не пренебрегу смягчить и исцелить его раны, ибо Меня и называют, и Я истинно являюсь, Матерью милосердия»[16].

«Христос и хананеянка» (ит.: Cristo e la cananea), Джованни Гаспарро, 101х151 (см), масло на холсте, 2013.

Мария — Матерь грешников, желающих обратиться, и как мать Она не может не сострадать им, так что даже кажется, что Она воспринимает воздыхания своих бедных детей как Свои собственные. Когда женщина-хананеянка умоляла Иисуса Христа освободить её дочь от беса, который мучал её, она сказала: «Помилуй меня, Господи, Сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется»[17]. Учитывая, что не мать, а дочь была мучима дьяволом, кажется, что она должна была сказать: «Господи, помилуй мою дочь», — а не: «Помилуй меня». Но нет, она говорит: «Помилуй меня», — и не без смысла, ибо все несчастья детей матери ощущают как собственные. «Точно так же и Мария молится Богу, — говорит Ричард Святого Лаврентия, — когда Она предаёт Ему грешника, отдавшегося Ей: «Помилуй меня». Это то же, как если бы Она сказала Ему: «Мой Господь, это несчастное создание, находящееся во грехе — Моё дитя; помилуй его, даже не столько его, сколько Меня, его Мать». О, если бы все грешники прибегали к этой нежной Матери! Тогда все точно были бы прощены Богом. Святой Бонавентура восхищённо восклицает: «О Мария, Ты объемлешь материнской любовью грешника, отвергнутого всем миром, и не покидаешь его, пока не примиришь несчастное создание с его Судьёй»[18]. Святой хотел сказать этим, что грешник, который остаётся во грехе, ненавидим и отвергаем всеми; даже неодушевлённые твари, огонь, воздух и земля, будут наказывать его, чтобы восстановить честь своего поруганного Господа. Но если этот негодяй прибегнет к Марии, прогонит ли Она его от себя? Нет: если он приходит просить о помощи и желает исправиться, Она объемлет его материнской любовью и не покидает, пока не примирит его с Богом через Своё могущественное посредничество, пока не восстановит его в Его благодати.

Мы читаем во Второй Книге Царств, как одна умная женщина из Фекойи сказала Давиду: «У рабы твоей было два сына; они поссорились в поле, и некому было разнять их, и поразил один другого и умертвил его. И вот, восстало всё родство на рабу твою, и говорят: «Отдай убийцу брата своего; мы убьём его за душу брата его, которую он погубил»…»[19]. Давид сжалился над ней, повелел освободить преступника и вернуть его ей. Кажется, что Мария просит того же, когда Бог гневается на грешника, который обратился к Ней. Она говорит Ему: «О мой Боже, у меня двое сыновей, Иисус и человечество; люди убили моего Иисуса на кресте; Твоё правосудие теперь приговорит их; о мой Господь, мой Иисус умер; будь милостив ко Мне, Я потеряла одного, не обрекай меня потерять и другого». Ну конечно же Бог не приговорит грешника, обратившегося за помощью к Марии, того, за которого Она молится; ибо Бог Сам дал этих грешников Ей в качестве детей.

Йоханнес Юстус из Ландсберга влагает в уста Господа такие слова: «Я поручил грешников Марии в качестве Её детей. Отсюда Она так бдительна в совершении Своего служения, что никому из доверенных Её заботе не позволяет потеряться, особенно тем, кто призывает Её и использует всё Её могущество, чтобы вернуться ко Мне». Блосиус говорит: «И кто может описать благость, милосердие, верность и милосердие, с которыми наша Мать стремиться спасти нас, когда мы призываем Её на помощь?». Слова Святого Бернарда дополняют это: «Давайте же распрострёмся пред нашей доброй Матерью, припадём к Её святым стопам и не покинем Её, пока Она не даст нам Своё благословение, пока не примет нас как Своих детей»[20]. «Кто может разрушить доброту нашей Матери? — говорит Святой Бонавентура. — Хотя Она должна была бы умертвить меня, Я буду надеяться на Неё; и, отдаваясь своей надежде, я умру перед Её образом и буду спасён»[21]. И так должен говорить каждый грешник, ищущий помощи у нашей доброй Матери: «О моя Госпожа и Мать, за свои грехи я заслуживаю того, чтобы Ты изгнала меня из Своего присутствия и наказала за них; но, если бы даже Ты отринула меня и умертвила, я никогда не потеряю надежду на Тебя и Твоё могущество, спасающее меня. Я всецело полагаюсь на Тебя, и если моя судьба — умереть у одного из Твоих образов, поручая себя Твоему состраданию, то Я буду иметь твёрдую надежду на спасение и на то, что пойду славить Тебя в Небеса, в единстве со всеми слугами Твоими, призывавшими Тебя на помощь при смерти, и спасшимися». Пусть читатель, прочитав приведённый ниже пример, решит, может ли хоть какой-то грешник уничтожить любовь и милосердие нашей доброй Матери, если уже обратился к Ней за помощью.

«Пир Авессалома», Никколо де Симоне, ок. 1650.

ПРИМЕР

Доминиканский монах Винсент из Бове рассказывает, что в одном английском городке в 1430 году был молодой дворянин по имени Эрнест, который раздал своё наследство нищим и стал монахом. В монастыре он вёл столь святую жизнь, что его высоко ценили настоятели, в частности, за его особое почитание Пресвятой Девы. В городе разразилась чума, и горожане пришли в монастырь, чтобы попросить монахов молиться. Настоятель приказал Эрнесту пойти молиться перед алтарём Марии и не переставать, пока Она не ответит ему. Юноша оставался там три дня и получил от Марии в ответ несколько молитв, которыми нужно было помолиться. Эти молитвы были прочитаны, и чума отступила. После этого юноша стал менее ревностен в своём почитании Марии; дьявол искушал его многим, особенно стараясь вовлечь в нечистоту, а также желанием убежать из монастыря. Вместо того, чтобы предать себя в руки Марии, он решил убежать, прыгнув со стены монастыря. Но, когда он проходил мимо образа Пресвятой Девы в коридоре, Матерь Божия заговорила с ним и сказала: «Сын Мой, почему ты покидаешь Меня?». Эрнест был очень удивлён и, исполнившись раскаяния, упал наземь, говоря: «Моя Госпожа, вот, у меня не было сил противостоять искушению, почему Ты не помогла мне?». И Она ответила: «Почему ты не призвал Меня? Если бы ты взыскал Моей защиты, ты бы не дошёл до этого; с этого дня доверяйся Мне и полагайся на Меня». Эрнест вернулся в свою келью; но искушения возобновились, и он опять пренебрёг тем, чтобы позвать Марию на помощь. В конце концов, он сбежал из монастыря и стал вести плохую жизнь, совершая один грех за другим, пока не стал убийцей. Он снимал трактир, где ночью убивал несчастных путешественников и забирал всё, что у них было. Однажды ночью, среди прочих, он убил двоюродного брата человека, управляющего тем местом, который после расследования и суда приговорил его к повешению. В ходе расследования в трактир прибыл молодой путешественник, и хозяин, как обычно, замышлял войти в его комнату и убить его. Приблизившись к кровати, он не нашёл юношу. На его месте лежал Христос на Кресте, покрытый ранами. Господь, сострадательно посмотрев на него, сказал: «Не достаточно ли для тебя, что Я уже однажды умер за тебя? Желаешь ли ты убить Меня снова? Сделай же это, подними руку и убей Меня!» Несчастный Эрнест, придя в замешательство, стал плакать и воскликнул: «О Господь, я готов вернуться к Тебе, явившему мне столько милости». Он немедленно покинул трактир, чтобы вернуться в монастырь и исправить содеянное; но его поймали по дороге и привели к судье, которому он признался во всех своих преступлениях. Его сразу же приговорили к смерти, даже не дав времени на Исповедь. Он доверился Марии. Он был повешен, но Пресвятая Дева предотвратила его смерть. Она лично освободила его и сказала: «Возвращайся в монастырь, совершай покаяние; и когда увидишь в Моей руке бумагу с прощением твоих грехов, то будь готов умереть». Эрнест вернулся и, поговорив с аббатом, стал совершать великое покаяние. Через много лет он увидел в руке Марии бумагу, в которой было написано о прощении его грехов; он приготовился к своему концу и умер святой смертью.

МОЛИТВА

О Мария, верховная владычица, достойнейшая Мать моего Бога, Пресвятая Мария! Осознавая свою низость от бремени грехов, я не осмеливаюсь приблизиться к Тебе и назвать Тебя Матерью. Но я не могу допустить, чтобы это лишило меня утешения и упования, которое я нахожу, называя Тебя Матерью. Я знаю, что заслуживаю быть отвергнутым Тобой, но молюсь Тебе, чтобы поразмышлять, что Твой Сын Иисус сделал и как страдал за меня; затем прогони меня от Себя, если Ты можешь. Я бедный грешник, который более других презрел Божественное Величество; но зло уже содеяно. У Тебя ищу я помощи: если можешь, помоги мне; о Мать моя, помоги мне. Не говори, что не можешь помочь мне, ибо я знаю, что Ты всемогуща и получаешь от Бога, что бы ни пожелала. Если Ты скажешь, что Ты не можешь помочь мне, то хотя бы скажи, у кого мне просить помощи в моём горе. Вместе со Святым Ансельмом я скажу Тебе и Твоему Сыну: «Сжалься надо мной, о Ты, мой Искупитель, и прости меня Ты, моя Мать, и говори в пользу моего прощения; или наставь меня, у кого просить помощи, кто же более сострадателен, чем Ты, и на кого я могу более уповать?» Нет, ни на Небесах, ни на Земле не смогу я найти того, у кого больше сострадания к несчастным и кто может помочь мне больше, чем Ты. О Иисус, Ты мой Отец, и Ты, о Мария, — моя Мать. Вы любите самых испорченных и желаете их спасти. Я достоин ада, и из всех существ я самый жалкий; Вам не нужно искать меня, и я не прошу об этом; я предоставляю Вам себя с надеждой, что не буду Вами отвергнут. Вот, я у Ваших ног; мой Иисус, прости меня; Мария, помоги мне.


[1] Ego sum quasi mater omnium peccatorum volentium se emendare. — Откр. Святой Бригитты, кн. 4, гл. 138.

[2] Pone finem a voluntate peccandi, et invenies Mariam — indubitanter promitto — promptiorem carnali matre in tui dilectione. — Святой Григорий, Registrum, кн. 1, Послание 47, ad Comitissam Mathildem.

[3] Surrexerunt filii ejus. Притч 31,28.

[4] Qui genitoris non facit opera, negat genus. — Святой Пётр Хрисолог, проп. 123.

[5] Filii Mariæ imitatores ejus, in castitate, humilitate, mansuetudine, misericordia. — Ричард Святого Лаврентия, Похвала Д. М.

[6] Monstra te esse matrem. Monstra te esse filium. — В. Пелбартус, Stellarium coronæ gloriosissimæ Virginis, кн. 12, р. 3/7.

[7] Maledictus a Deo qui exasperat matrem suam. — По Вульг.: Eccl 3,18.

[8] Conanti surgere ad Deum tribuis auxilium, et neminem relinquis vacuum a tua consolatione. Откр. Святой Бригитты, Кн. 3, гл. 19.

[9] Сессия 6, кан. 7.

[10] Святой Бернард, Sermones de diversis, проп. 81.

[11] Святой Фома, Сумма Теологии, Ia, IIæ, 178/2/1.

[12] Omnis enim qui petit, accipit. Лк 11,10.

[13] Et si merita invocantis non merentur, ut exaudiatur, merita tamen Matris intercedunt, utexaudiatur. Эдмерус Кентерберийский, Liber de excellentia B. Mariæ, гл. 6.

[14] Quia indignus erat, cui donaretur, datum est Mariæ, ut per illam acciperes quicquid haberes. — Святой Бернард, Проп. 3 на Навечерие Рождества.

[15] Oh felix Maria, tu mater rei, tu mater judicis; cum sis mater utriusque, discordias inter tuos filios nequis sustinere. Святой Бернард, Depr. ad V.

[16] Quantum cumque homo peccat, statim parata sum recipere revertentem; nec attendo quantum peccaverit, sed cum quali intentione redit; nam non dedignor ejus plagas ungere, et sanare, quia vocor et vere sum mater misericordiæ. — Откр. Святой Бригитты, 1/23.

[17] Miserere mei, Domine, Filii David; filia mea male a demonio vexatur. Мф 15,22.

[18] Maria, tu peccatorem toti mundo despectum materno affectu complecteris, foves, nec deseris, quousque horrendo judici miserum reconcilies. — Spec. B. V., лекция V.

[19] 2 Цар 14, 6–7.

[20] Beatis illius pedibus persolvamur; teneamus eam, nec dimittamus donec benedixerit nes. — См. Sign, Mag. Святого Бернарда.

[21] Etiamsi occiderit me, sperabo in eam; et totus confidens juxta ejus imaginem mori desidero, et salvus ero. — Святой Бонавентура. Stimulus amoris, ч. 3, гл. 12.


Перевод с английского языка осуществила Ольга Старжинская.

Впервые опубликовано в ежеквартальном журнале «Молись за нас» (№ 3 (75) 2017). Размещается на сайте dominus.by с разрешения правообладателя и переводчика.

Картины Джованни Гаспарро являются объектом авторского права и публикуются исключительно с личного разрешения мастера.

Постные предписания до 1966 года, и почему вам стоит вернуться к ним

Современные римско-католические требования касательно поста кажутся вам чрезмерно мягкими? Великий Пост в пищевом плане de facto (за исключением двух дней) не отличается от любого другого периода литургического года? На этот счёт вас «подкалывают» практикующие друзья из РПЦ/ПЦУ? Бабушка (или настоятель одного крупного костёла в центре столицы одного из восточноевропейских государств) говорят, что 24 декабря «нельзя есть до первой звезды под страхом тяжкого греха», но вы не находите никаких подтверждений этому в Кодексе Канонического Права Иоанна Павла II 1983 года (далее — ККП)? Регулярно готовите квартальные отчёты, но никогда не слышали о квартальных постах? Любите сухое вино, но Сухие дни пробовать вслепую не решились бы? Если хоть на один из вышеперечисленных вопросов вы ответили положительно, то не проходите мимо этой статьи, ведь в ней мы будем разбираться, какие постные предписания были обязательными до выхода ККП и чем они отличаются от сегодняшних, а в одной из будущих статей мы также расскажем, почему католикам, практикующим традиционный римский обряд, настоятельно рекомендуется возврат к ним (там уже будут затронуты и некоторые литургические аспекты).

До выхода Кодекса Канонического Права Иоанна Павла II в 1983 году основные юридические нормы Римско-Католической Церкви касательно поста содержались в… [Сюрприз-сюрприз!] …в Кодексе Канонического Права Бенедикта XV, который был введён для римо-католиков 27 мая 1917 года (далее — CIC, чтобы читатель статьи не путал его с ККП), хотя вообще старые постные правила были изменены на современные ещё в период действия CIC: Павел VI издал в 1966 году апостольскую конституцию Paenitemini, в которой мы можем узнать сегодняшний пост. Конечно, произошли и некоторые иные изменения (которые мы учтём ниже, когда будем рассказывать, как именно поститься), но, в общем, основа постных предписаний на 1962 год (а именно в этом году Папой Иоанном XXIII «законсервирован», в хорошем смысле этого слова, наш традиционный римский обряд) была дана в канонах 1250–1254. Из CIC мы узнаём, что есть три вида пищевых ограничений:

  • ieiunium — ограничение количества суточных приёмов пищи до трёх раз: один раз можно насытиться, а два раза допускаются лишь, выражаясь разговорно, «лёгкие перекусы» — то есть, речь идёт о количественном посте, но и тут есть важный качественный нюанс: мясные блюда можно употреблять только в обед (именно тогда и наедаются, кстати), а вот завтрак и ужин должны быть без мяса;
  • abstinentia — воздержание от мясных блюд без ограничений количества принятой пищи и/или общего числа приёмов пищи — то есть, это уже сугубо качественный пост;
  • ieiunium et abstinentia — как следует из самого названия, это сочетание первых двух практик — то есть, поесть мяска в обед уже не получится — вот, кстати, именно это предписание и называют «строгим постом» современные римо-католики Беларуси.

Хорошо. Вроде бы, всё понятно. Когда именно и кому именно нужно было практиковать тот или иной способ? Это зависело от периода литургического года и возраста верующего. Кроме того, имели место несколько изменений… Словом, в 1962 году требования для католиков выглядели вот так:

  • ieiunium — обязателен для всех римо-католиков возрастом от 21 года до 60 лет в понедельники, вторники, среды и четверги Великого Поста (то есть, весь Великий Пост, кроме пятниц, суббот и воскресений);
  • abstinentia — обязателен для всех римо-католиков возрастом от 7 лет во все пятницы года вообще, если только на них не выпадает обязательный праздник (список обязательных праздников в ККП и CIC идентичен, если не брать во внимание переименование некоторых из них); если же обязательный праздник выпадает на одну из пятниц Великого Поста (но так может быть только с праздником Святого Иосифа, который отмечается 19 марта), то abstinentia соблюдается всё равно;
  • ieiunium et abstinentia — обязательны для всех римо-католиков:
    • во все пятницы и субботы Великого Поста (вообще во все: и в Страстную субботу тоже — спасибо Пию XII за перенос вигилии Пасхи на поздний вечер);
    • в вигилию Рождества (то есть, 24 декабря, причём пост соблюдается даже тогда, когда эта дата выпадает на воскресенье, что является уникальным исключением для Католической Церкви, поскольку по воскресеньсям не постятся);
    • в вигилию Сошествия Святого Духа;
    • в Пепельную среду;
    • в Сухие дни (это те самые квартальные посты: среда, пятница и суббота после третьего воскресенья Адвента (Gaudete, его можно определить по лососево-розовому цвету облачений, оно находится в середине Адвента); среда пятница и суббота после первого воскресенья Великого Поста; среда, пятница и суббота в октаве Сошествия Святого Духа; среда, пятница и суббота после третьего воскресенья сентября;
    • 7 декабря (день перед праздником Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии).

Важная ремарка! В воскресенья Великого Поста никаких пищевых ограничений нет (как упоминалось выше, пост в воскресенье возможен лишь 24 декабря).

Что ж, с CIC всё более-менее ясно. А теперь напомним читателям актуальные требования для поста римо-католиков согласно ККП (он действует с 25 января 1983 года до сих пор). В ККП есть только две аскетические постные практики, описанные в канонах 1249–1251:

  • воздержание от употребления мяса (abstinentia a comestione carnis) — обязательно для всех римо-католиков возрастом от 14 лет во все пятницы года вообще, если только на них не выпадает ЛЮБОЕ ТОРЖЕСТВО (solemnitas), даже не носящее обязательного характера (обратите внимание на это существенное отличие ККП от CIC);
  • пост (ieiunium) — это не то же самое, что ieiunium согласно CIC, несмотря на название (по сути, полным аналогом в CIC тут будет практика ieiunium et abstinentia, а в разговорной речи у нас это обычно называют «строгий пост»): обязателен для всех совершеннолетних римо-католиков возрастом до 60 лет в Пепельную среду и в Страстную пятницу.

И всё… Но не стоит забывать, что Конференции епископов могут сделать эти правила ещё мягче, что и происходит практически повсеместно, делая исчезновение поста у римо-католиков всего лишь вопросом времени — желание воспрепятствовать этому, кстати, должно быть ещё одним стимулом возвращения к традиционным постным практикам.

Немного сравнения в цифрах: 28 дней «строгого поста» в год против 2 дней. И это мы ещё не учитываем всех нюансов и возможных раскладов календарей…

Как видим, если поститься согласно предписаниям CIC (с учётом изменений на 1962 год), Великий Пост становится действительно Постом, а не лёгкой прогулкой под луной, отличающейся от других периодов литургического года всего лишь наличием двух постных дней (как это будет, если вы продолжите исполнять предписания ККП). А как прекрасно и угодно Богу освящать сезоны квартальными постами (Сухими днями)!

КРАЙНЕ ВАЖНОЕ ЗАМЕЧАНИЕ! Переходя на пост образца 1962 года, вы ничего не нарушите, так как просто нету такого дня во всём календаре, когда ККП предписывал бы вам поститься, а CIC разрешал этого не делать. Подобное усиление аскезы в вашей жизни не только будет приятно Господу, но и подаст хороший пример окружающим (даже если ваш настоятель холоден к традиционному римскому обряду, мы уверены, он одобрит такое подвижничество), а также поможет посту в римском обряде не исчезнуть со временем полностью.

Cor Iesu Sacratissimum, miserere nobis!

Игорь Терещенко

18 января 2022 года, Беларусь


Иллюстрация: «Свадьба в Кане Галилейской» (ит.: Le nozze in Cana di Galilea), Джованни Гаспарро, 80х220 (см), масло на холсте, 2009.

Картины Джованни Гаспарро являются объектом авторского права и публикуются исключительно с личного разрешения мастера.

Проповедь на Святое Семейство: Иисус, Мария, Иосиф

Во Христе возлюбленные братья и сёстры! Сегодня у нас большой праздник — Святого Семейства: Иисуса, Марии и Иосифа. Святое Семейство — это покровитель и пример для семей на этой земле. 

Хочу вам рассказать, что в 1986 году наше Священническое Братство Святого Пия Х открыло миссию в Африке, в Габоне. Там в свою молодость, в 1920-х — 1930-х годах, наш основатель, архиепископ Марсель Лефевр, работал миссионером. В 1940-х годах он был Епископом и Архиепископом Дакара в Габоне, и там у него было много знакомых и людей, принявших у него Крещение, которые писали ему письма с просьбами. И когда в Братстве появилось больше священников, он решил отправить диакона и священника в Габон. Среди них был отец Карл, который тогда был диаконом, и его отправили в Африку на испытательный срок. Он хорошо его прошёл, и позже был посвящён во священники. И вот, через несколько месяцев от начала миссии уже была маленькая часовня, а на службу пришли более ста человек. Так что миссионеры были полны энтузиазма и даже немного хвастались и гордились. Когда архиепископ Лефевр по приглашению лично знакомого с ним президента посещал эту страну, где он когда-то проводил миссию, он посетил и этих священников. А они ему хвастались: «Вот, мы тут уже пять месяцев, и у нас более ста человек, надо найти новое место, здесь его уже не хватает!» Тогда старый опытный миссионер улыбнулся и спросил: «Сколько среди этих людей подлинных католических семей?»

Не было ни одной. У одного было несколько жён, как у мусульманина, другие просто сожительствовали — царил полный беспорядок. Не нашлось ни одной полноценной семьи, принявшей Таинство Венчания и жившей, как подобает в христианстве: один мужчина и одна женщина. И тогда архиепископ сказал: «Вы ничем не гордитесь. Пока у вас нет хороших католических семей, вам нечем гордиться». Потому что родители не только передают физическую жизнь, но всё будущее Церкви и церковная жизнь продолжаются и развиваются благодаря христианским католическим семьям.

Призвание молодых людей ко священству или монашеству происходит, как правило, из лона таких семей. Конечно, вы можете цитировать или привести как пример или исключение Святого Павла, который был преследователем Церкви и даже убил нескольких верующих, а потом ему объявился Христос и он стал великим миссионером. Но это исключение, таких может быть за каждые сто лет один человек. В XIX веке один яростный еврей ненавидел Католическую Церковь, а потом стал священником, потому что ему объявилась Богородица. Она ему ни слова не сказала, но он затем знал всю догматику как профессор богословия. Его спрашивали: «Откуда Вы это знаете? Вы же были такой противный». На что он отвечал: «Я видел Богородицу, Она и слова не сказала, но я всё понял». Он во мгновение получил знание веры, но это, конечно, исключение.

Обычно так не бывает. Большинство всех призваний происходит из полноценных католических семей. Христос, Первосвященник Нового Завета, пришёл в этот мир как? Он родился в Святом Семействе. Когда дети принимают веру с материнским молоком, эта вера развивается у них с ранних лет и пускает глубокие корни. И когда у родителей есть дух жертвенности принимать детей с Рук Божиих, тогда Бог награждает их многочисленными призваниями. Чтобы дети добровольно отвечали на призвание, как предпосылка необходим дух жертвенности в семье. Католическое семейство этим духом дышит, и призвание потом молодые люди принимают свободно и непринуждённо.

Часто говорят, что лучше очень хорошо заботиться об одном ребёнке, чем о двух наполовину. Поэтому у нас не хватает денег и времени на двух детей. Это очень большая ошибка и неправильный расчёт. Если в семье есть несколько детей, они друг друга воспитывают, старшие помогают матери в воспитании младших. И, самое главное, если в семье есть один-единственный ребенок, то всё внимание идёт к нему и он не научится преодолевать самолюбие и эгоизм, не узнает, что значит делиться с другими. А как только появится несколько детей — ребенок знает, что он не один, не всё ему принадлежит, это самая лучшая школа жизни.

Наш покровитель, Святой Пий Х, был самый старший из восьми детей. Кроме того, он очень рано потерял отца. Самый младший ребёнок только родился, и отец умер. В то время люди часто болели и через небольшое количество времени умирали. Тогда не было, как сейчас: я потерял своего отца в четырнадцать, моей младшей сестре было одиннадцать, а моя мать получала пенсию по потере кормильца. Пенсия была хорошая, мать могла нас воспитывать, кормить, одевать. Но, когда умер отец Святого Пия Х, не было никаких пенсий, они просто стали нищими. Эта бедная женщина осталась с грудным ребёнком и остальными детьми. Как их кормить и воспитать? Старшие её сёстры были замужем, они ей помогли, сама она занималась швейными работами. Учёба в то время была платной, стипендий не было, и старший сын сказал ей: «Я уйду из школы и пойду работать, чтобы помочь тебе, а про священство забуду, это уже не мой путь. Божие Провидение таково: Он забрал отца, значит, хочет, чтобы я работал и забыл о своём призвании». Но его мать была настолько крепкой личностью, что сказала: «Ни в коем случае!» — и пошла с просьбой к старым священникам, и нашла спонсоров для его учёбы, а сама работала днём и ночью, чтобы прокормить детей. Она смогла это сделать так, что старший смог ещё и учиться. Сами понимаете, это была жертвенность немаленькая, поэтому и сын стал не просто священником, но святым священником, к тому же Папой Римским, да ещё, в виде исключения, Святым Папой Римским. Если бы эта мать так не поступила, не было бы Святого Пия Х, не было бы Братства Святого Пия Х и я сам бы, наверное, не стал священником. Из-за жертвенности одной женщины изменились жизни тысяч людей.

Иисус, Мария и Иосиф — самый лучший образ и подобие Пресвятой Троицы на земле. Бог Отец, Сын Божий и Дух Святой — это Пресвятая Троица на Небесах. И человек сотворён по подобию Бога, по подобию Троицы. И действительно: мать, отец и дети — это тоже Троица на земле. И в этой Троице происходит вся жизнь человека. Это очень важный момент: «Бог любит Троицу», — мы же так говорим. Эта семья и есть Троица на земле. Должны быть отец, мать и дети. Если пара не хочет детей, а лишь удовольствие, то брак дефективный с самого начала. Самая главная цель католической семьи — дети.

Часто говорят: «Но ведь Иисус, Мария и Иосиф — ненастоящая семья, неполная. Иосиф ведь только приёмный отец. Она зачала от Духа Святого, Иисус — Сын Божий, Он имеет Отца Вечного, Бога Отца, поэтому земного отца у Него не было».

Но ведь Иосиф — приёмный отец, он заботился об Иисусе, кормил Святое Семейство и выполнял все функции. Цель семьи — это дети, их воспитание, поэтому Святое Семейство — настоящая семья, покровитель всех семей на этой земле. Если бы Бог хотел, то мог бы появиться на земле сразу как взрослый Человек, начать проповедовать, умереть за нас на Кресте, воскреснуть. Он же не был обязан родиться маленьким Ребёнком, для Бога ничто не трудно. В Библии написано: Бог может создать Аврааму потомство из камней. А почему Бог не появился как взрослый Человек, почему Он родился в Лоне Семейства? Чтобы освятить человеческую жизнь с самого начала. Девять месяцев Он прожил в Лоне Матери, потом родился, повиновался родителям тридцать лет, помогал Святому Иосифу работать плотником. На Туринской Плащанице мы видим, что одно Плечо Иисуса Христа было ниже другого, потому что они носили эти тяжёлые деревянные брёвна на правом плече — и оно стало ниже левого. Это было типичное для плотников изменение. Этот Человек, Который умер на Кресте и воскрес из мёртвых, тридцать лет жил с Иосифом и помогал ему. Какой пример семейной жизни! Семья — это святилище, и в нём все получают изобилие благодати, поэтому семья освящается Таинством Брака. Сегодня помолимся за все наши семьи, за всех, кто собирается жениться или выйти замуж, это очень важная молитва. И за тех, которые много лет живут, чтобы жили в мире и согласии. За тех, которые сожительствуют грешным образом по разным причинам, чтобы они нашли путь. Иногда один очень хочет обвенчаться, а другой не хочет ни за что. Ну, молитва же может сделать всё из невозможного возможным. Поэтому мы молимся за всех сегодня.

Во имя † Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX

9 января 2022 года, Минск


Иллюстрация: «Христос в родительском доме», Джон Эверетт Милле, 86,3х139,7 (см), масло на холсте, 1850.

Проповедь на Богоявление

Во Христе возлюбленные братья и сёстры! Сегодня у нас праздник Богоявления, когда Три Царя, Три Волхва пришли поклониться новорождённому Царю. Однажды будущему императору Генриху II, тогда ещё Князю Баварскому, ночью снились эти Три Волхва. Они все смотрели на него, а затем показали на стену, а там была большая цифра «6». И каждый из них указывал рукой на неё. И этот Князь Баварский думал: «Наверное, это значит, что через шесть дней я умру и встречусь с ними на том Свете». И этот князь пошёл на Исповедь, исповедал свои грехи, более прилежно молился, постился немножко — готовился к встрече с Богом. Шестой день — и ничего не случилось. Вечер — и он был жив и здоров как никогда. И подумал: «Наверное, я перепутал и это означает что-то другое». Он молил Бога показать, что обозначает эта цифра «6» и Три Волхва, Три Святых Короля. Он думал: «Ну, там же не сказано шесть дней — наверное, шесть недель». И он продолжал свою набожную жизнь, которую начал, потому что думал, что шесть дней было не трудно не грешить, а теперь нужно продержаться всего лишь шесть недель. И этот Генрих старался во всём угодить Богу, людям, быть справедливым во всём. Прошло шесть недель — и опять ничего не случилось. Он уже не знал, что это обозначает, но успел привыкнуть, что эта новая жизнь без грехов была даже лучше и счастливее. И он думал: «Я продолжу быть добрым христианином, а, что сон обозначает, я не знаю». А через шесть лет пришёл вестник и сказал: «Тебя избрали императором». И он стал императором, единственным, который был таким выдающимся святым и сотворил много хорошего для христианства. Под его покровительством король Венгрии Стефан покрестил свою страну.

Три Волхва были не просто исследователями звёзд небесных, они были учёными. В то античное время наука была не каждому доступна, а только тем людям, которые имели средства и время, это была привилегия самых знатных и богатых людей. И, по традиции, Три Волхва были тремя королями. Их мощи на сегодняшний день находятся в Соборе Трёх Волхвов в Кёльне, Германия. Раньше они находились на севере Италии, в Милане, и один немецкий император их оттуда забрал в город Кёльн. Мощи Святых Королей были исследованы давно, они были завёрнуты шёлк и парчу. Было установлено, что это действительно античный шёлк и парча имеет золотые нитки, сделанные по античной технике, когда надо было бить по ним молотками, чтобы они стали тоньше. Это была очень дорогая ткань, такие вещи были только у самых-самых влиятельных и богатых людей — следовательно, то были не просто какие-то волхвы, они были правителями над своими странами и пришли поклониться новорождённому Царю. И это нам знак, что все лидеры и президенты, все главы стран тоже должны поклоняться Христу Царю и подчиняться Его Закону, Его Заповедям.

В мощах Святых Королей также был настоящий античный пурпур, что было привилегией римских императоров, только они имели право на этот цвет. Чтобы в те времена получить один грамм пурпурного цвета, надо было сварить десять тысяч пурпурных улиток — это огромная затрата сил и денег. И такой цвет нашли в этих облачениях, так что можно сделать вывод, что это мощи Трёх Святых Королей.

Помолимся сегодня, помните этот пример Святого Генриха II: он держался шесть дней, а потом шесть недель. Если бы мы все так могли сказать: «Давайте не грешить шесть дней, затем шесть недель, а потом привыкнем на всю жизнь», — это было бы просто прекрасно.

Во имя † Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX

6 января 2022 года, Минск


Иллюстрация: Изображение императора Генриха II Святого и Святой Кунигунды Люксембургской, его жены, в основанном ими в Бамберге, Бавария, Архикафедральном Соборе Святого Петра и Святого Георгия (о чём свидетельствует то, что они держат уменьшенную копию собора у себя на руках); в этом же храме и находятся их мощи.

Джованни Гаспарро — мастер религиозной живописи, живущий в одно время с нами

Мы не можем не поделиться с вами, дорогие читатели, превосходными новостями: сам Джованни Гаспарро лично разрешил нам использовать изображения созданных им произведений искусства для иллюстрирования материалов DOMINUS.BY и апологетики католической традиции! «И что с того? Почему это важно? Кто вообще такой этот Гаспарро?» — справедливо могут спросить многие из вас. Сегодняшняя статья призвана дать ответы на эти вопросы.

Мы не будем слишком уж подробно описывать биографию господина Гаспарро (желающие смогут прочесть её на английском по этой ссылке), однако отметим основные, на наш взгляд, вехи в жизни гениального художника. Джованни Гаспарро родился в Бари (да, том самом итальянском портовом городе на юге Италии, известном преимущественно благодаря тому, что именно туда в 1087 году были перенесены из Мир Ликийских мощи Святого Николая Чудотворца, где они и находятся по сей день, привлекая множество паломников) 22 октября 1983 года и был крещён 18 декабря того же года. В 2007 году он окончил Римскую академию изящных искусств, где его наставником был Джузеппе Модика. Первая персональная выставка господина Гаспарро состоялась в Париже в 2009 году. Надо сказать, что 2009 год в принципе стал поворотным в плане признания этого выдающегося мастера — здесь, как это часто бывает в жизни, Бог помог добрым плодам произрасти из несчастья: землетрясение ощутимо повредило старую (XIII века) базилику Святого Иосифа в городе Л’Акуила, центре одноимённой архиепархии в регионе Абруццо. В ходе реставрации 2011–2012 годов именно Джованни Гаспарро был удостоен чести украсить восстановленную церковь своими творениями — 19 его картин находятся там по сей день, что является одним из наиболее больших циклов произведений сакрального исскуства, написанных для одного католического храма в последние годы. В том же 2012 году мастер пишет картину «Anomalia con il cappello di Largillière» для «Costa Fascinosa» — крупнейшего в Европе корабля итальянской круизной компании «Costa» того времени. Уже через год произведение «Casti Connubii» (вдохновлённое одноимённой энцикликой 1930 года Папы Пия XI, в очередной раз подтверждающей, что Церковь Христова отвергает богомерзкие и человеконенавистнические идеи искусственного контроля над рождаемостью и убийства нерождённых детей) выигрывает художественный конкурс по биоэтике и правам человека от UNESCO и экспонируется в Гонконге, Хьюстоне и Мехико. С этой картины мы и начнём попытку описания того, что привлекает нас и многих других традиционно настроенных католиков в творчестве Джованни Гаспарро.

«Casti Connubii», Джованни Гаспарро, 50х40 (см), масло на холсте, 2013.

Из абсолютной темноты как бы вырастает освещённая густым, ярким, неземным светом фигура младенца, поддерживаемого множеством крайне реалистичных, детализированных, но, в то же время, нереальных рук… Руки, младенцы, игра со светотенью, сильная детализация, нереальность реалистичного — запомните эти черты! Ведь именно они, по нашему скромному мнению, являются, своего рода, «изюминками», отличительными чертами картин Гаспарро.

Пухленький, напоминающий отложениями жировой ткани стереотипного барочного путто, младенец словно висит в воздухе, обращая взгляд своих тёмных, одновременно по-детски глуповатых и по-взрослому умудрённо уставших, глаз прямо в наблюдателя. Его губы сомкнуты «бантиком» так, что может даже сложиться впечатление, будто малыш на что-то обиделся. На щёчках горит здоровый и несколько гротескный румянец, который обычно бывает или у маленьких детей (будь то диатез или влияние окружающей температуры), или у персонажей мультфильмов. Вы вряд ли сможете долго удерживать свой взгляд на глазах малыша: через какое-то время ваше внимание поневоле привлечёт его правое ухо, оттопыренное и согнутое под неестественным углом, — после чего вы захотите посмотреть на левое ухо, чтобы понять, в чём дело, но оно сокрыто во тьме, поэтому ваш вопрос так и останется без ответа. Возможно, если у вас есть свои дети, вы сильно удивитесь тому, как обильно и необычно растут волосы у столь маленького мальчика (а мальчика ли вообще?). В целом малыш производит впечатление создания крайне беззащитного, но, в то же время, обладающего неким глубинным, одному ему известным, знанием.

Это очень реалистичный ребёнок… И… Очень нереальный… В создаваемом таким образом эффекте и заключается значительная часть секрета, заставляющего многих людей часами смотреть на аллегорические и религиозно-символические картины Джованни Гаспарро, — и это вовсе не «недостаток мастерства», как пишут некоторые критики, ненавидящие мастера не столько за его технику, сколько за стойкую, даже радикальную (в наилучшем смысле этого слова), консервативную католическую жизненную позицию, выраженную через живопись: когда это необходимо (особенно в портретах известных и ещё живых людей), господин Гаспарро пишет так, что подобного восприятия у вас не возникнет.

Отдельного внимания заслуживают руки: они у Джованни Гаспарро всегда полноценные действующие лица произведений. Взгляните на эти руки… Держат ли они нежно малыша в воздухе или же силой пытаются куда-то утащить, разорвать его (или даже оттолкнуть назад, во тьму)? Чьи это руки: молодых людей, лиц среднего возраста, пожилых стариков? Чем занимаются эти руки в профессиональном отношении? Они движутся или стоят на месте? Почему они такие разные: одна здорового розового цвета, с ярко контурированным рисунком подкожных вен; вторая же мертвенно-серая, холодная, а на дистальной фаланге её безымянного пальца то ли трупное пятно, то ли гангрена, то ли ожог? Пожалуй, более-менее одинаковые на этих конечностях лишь ногти. Вы будете долго рассматривать эти руки: они будут вас пугать и отталкивать, но, одновременно с этим, вызывать чувство теплоты и заботы, прорывающееся из глубин нашей памяти полуреальными воспоминаниями из детства (возможно, будут даже ассоциации с бабушкой или дедушкой)… Вот в этом дуализме возможного восприятия, в амбивалентности вызываемых у зрителя чувств и находится гениальность Джованни Гаспарро!

Но стоп! Внезапно вы увидите среди множества этих взрослых рук сжатый (так, как это умеют делать только они) младенческий кулачок… Каждый человек, имевший дело с малышами, знает, какие прекрасные и необычные ощущения возникают, когда ребёнок хватает вот так в кулак твой палец. И, хотя некоторые циничные врачи объясняют это всего лишь хватательным рефлексом, мы то с вами понимаем, что сущность данного явления лежит намного глубже рефлекторных дуг, описанных в порыве биологизма. А что это? Не сразу, но вы обратите внимание, что указательный палец ребёнка оттопырен и показывает… Прямо на вас! После чего вы опять посмотрите ему в глаза… И, возможно, найдёте ответ на вопрос, что же делают эти руки и чьи они.

А это руки каждого из нас, и то, что они будут делать с беззащитными нерождёнными (да и новорождёнными тоже: материалисты всё чаще и громче заводят философские дискуссии о «постнатальных абортах», сводя достоинство человеческой личности, да и само право называться человеком, лишь ко внешним проявлениям сознания) детьми, предстоит решать именно нам: ведь только мы, каждый из нас, а не кто-то иной, несём ответственность за действия наших рук. Только мы решаем, куда направлен их вектор движения и что они делают: нежно поддерживают ребёнка, дабы он не упал во тьму, или же разрывают его на куски, утаскивая разорванную плоть в черноту. Но плоть убитых воскреснет в последний день, а в черноте для людей, добровольно идущих туда и тянущих за собой других, будут плач и скрежет зубов. Вечно. Навсегда.

P. S. Автор статьи вообще никак профессионально не связан с искусством и не может сам нарисовать даже человечка из кружочков и палочек. Хотя он и вынужден ежедневно часами разглядывать розово-фиолетовые изображения, в том, что касается живописи, он дилетант. Вся претензия на анализ картины в статье — всего лишь личное и оценочное суждение дилетанта. Отнеситесь к этому с пониманием.

Cor Iesu Sacratissimum, miserere nobis!

Игорь Терещенко

12 января 2022 года, Беларусь


Иллюстрация: Фото Джованни Гаспарро, сделанное по поводу получения им премии «100 выдающихся итальянцев — 2021».

Картины Джованни Гаспарро являются объектом авторского права и публикуются исключительно с личного разрешения мастера.

Раздел 3. Как велика любовь нашей Матери к нам

ВЕЛИЧИЕ МАРИИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

О молитве «Salve, Regina»

В этой части рассматриваются многие обильные милости, которые Матерь Божия дарует своим почитателям (по молитве «Salve, Regina»).

ГЛАВА 1

Salve, Regina, Mater misericordiæ

Раздел 3. Как велика любовь нашей Матери к нам

Итак, если Мария — наша Мать, давайте осознаем, как сильно Она любит нас. Любовь родителей к детям неотъемлема по природе, и поэтому, как отмечает Святой Фома, детям заповедано Богом любить родителей. Для родителей нет заповеди любить детей, ибо любовь к собственным отпрыскам по природе так глубоко сокрыта в сердцах, что, как отмечает Святой Амвросий, любая мать подвергнет себя опасности ради детей и даже самые грозные хищники не могут не любить своих малышей[1]. Говорят, что даже тигры, услышав крики своих детёнышей, похищенных охотниками, прыгают в море и плывут за лодками, на которых их везут. Так если даже тигры не оставляют своих детей, как могу Я, — говорит наша любящая Мать Мария, — перестать любить вас, дети Мои? Но если даже мать забудет своё дитя, Я не забуду о том, кто стал Моим ребёнком. «Забудет ли женщина грудное дитя своё, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя»[2].

«Даже самые грозные хищники не могут не любить своих малышей».

Мария — наша Мать, как мы уже отмечали, не по плоти, но по любви: «Я матерь прекрасной любви»[3]. Отсюда следует, что Она становится нашей Матерью уже из-за того только, что так сильно любит нас, и заслуживает прославления как Матерь Любви, потому как Она всецело состоит из любви к тем, которых усыновила[4]. Кто может описать любовь Марии к нам, бедным грешникам? Арнольд Шартрский говорит, что, когда умирал Иисус Христос, Она страстно желала умереть вместе с Сыном, из любви к нам[5]. Это желание было столь велико, что когда Её Сын умирал на кресте, добавляет Святой Амвросий, Мария предлагала палачам Свою жизнь, желая умереть за нас.

Давайте рассмотрим причины этой любви, чтобы лучше понять, как наша добрая Мать любит нас. Первая причина Её любви к людям — это Её великая любовь к Богу. Любовь к Богу и человеку заключается в заповеди, записанной Святым Иоанном: «Мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего»[6]. Если растёт одна любовь, растёт и другая. Чего только не делали святые из любви к ближним потому, что Бога любили ещё больше! В своей любви они заходили так далеко, что были готовы лишиться свободы, и даже жизни, ради их спасения. Почитайте хотя бы отчёт о трудах Святого Франциска Ксаверия в Индии, где он, чтобы помочь душам этих несчастных язычников и привести их к Богу, сотни раз подвергался опасностям, карабкаясь по горам и выискивая этих несчастных по пещерам, в которых они жили, как дикие звери. Посмотрите на Святого Франциска Сальского, который ради обращения еретиков провинции Шабле целый год каждое утро рисковал жизнью, с большими опасностями пересекая реку, чтобы проповедовать на другой стороне упорствовавшим в своих заблуждениях. Святой Паулин стал рабом, чтобы обрести свободу сыну бедной вдовы. Святой Фиделий, желая обратить еретиков к Богу, охотно согласился проповедовать им, хотя знал, что это будет стоить ему жизни. Итак, святые из любви к Богу проявляли великую любовь к ближнему. Но кто любил Бога больше, чем Мария? С первого мгновения Своей жизни Она любила Бога больше, чем все святые и ангелы, вместе взятые, любили Его на протяжении своих жизней — это для понимания длительности, когда мы говорим о добродетелях Марии. Пресвятая Дева открыла сестре Марии Иисуса Распятого, что огонь любви к Богу, который горел в Ней, был столь велик, что он мог бы в одно мгновение воспламенить небеса и землю, и что по сравнению с этим огнём всё пламя горящей любви серафимов было лишь прохладным ветерком. Поэтому, раз даже среди блаженных духов нет никого, кто любит Бога более, нежели Мария, то и не может быть никого, кроме Бога, кто бы любил нас больше, чем наша любящая Мать. Если взять всю любовь всех матерей к детям, всех мужей к жёнам, всех святых и ангелов к своим преданным слугам, она всё равно не будет так велика, как любовь Марии всего к одной душе. Отец Ниремберг говорит, что любовь всех матерей к детям — лишь тень по сравнению с любовью, которую Мария имеет к любому из нас и что Она единственная истинно любит нас более, чем все ангелы и святые вместе взятые. Более того, наша Мать любит нас настолько сильно потому, что нас передал Ей в качестве детей Её любимый Иисус, когда, умирая, сказал: «Жено! Се, сын Твой»[7], в лице Иоанна имея в виду всё человечество, как мы обозначили выше. Это были последние слова Сына, обращённые к Ней. Мы очень ценим воспоминания о последних мгновениях, проведённых с любимыми перед их смертью, и об их наставлениях, они никогда не забываются. Но, опять же, мы исключительно дороги Марии ввиду страданий, которых мы Ей стоили; матери очень сильно любят детей, сохранение жизней которых досталось с большим трудом и страданиями, а мы и есть такие дети. Мария, чтобы мы жили по благодати, пережила величайшую боль, когда Сын умирал у Неё на глазах, жестоко мучаясь. Из-за этой жертвы мы для Неё стали очень дорогими, наше искупление досталось Ей ценой неимоверных страданий. То же мы читаем о любви предвечного Отца, Который продемонстрировал её людям, отдав Своего Сына на смерть за нас: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного…»[8] Как отмечает Святой Бонавентура, о Марии тоже можно сказать, что Она так возлюбила нас, что отдала Сына Своего Единородного. Когда Она отдала Его нам? «Она сделала это, — говорит отец Ниремберг, — когда впервые согласилась с Его смертью». Она отдала Его нам из любви, тогда как другие покинули Его из ненависти или от страха, и Она одна могла бы защитить перед судьями жизнь Своего Сына. Легко представить, что слова столь мудрой и любящей Матери имели бы большую силу, хотя бы перед Пилатом, чтобы уговорить его отказаться от смертного приговора Человеку, Которого он знал и признал невиновным. Но нет, Мария не промолвила ни слова, чтобы предотвратить смерть Сына, потому что от Неё зависело наше спасение; наконец, Она вновь отдала Его нам у подножия креста в те три часа, когда наблюдала за Его смертью. В тот момент Она пожертвовала для нас Его жизнь, глубоко скорбя и с огромной любовью к нам, ценой великого горя и страданий и с такой твёрдостью, что если бы палачи захотели, как говорят нам Святой Ансельм и Святой Антоний, Она бы Сама распяла Его в послушании воле Отца, Который определил Ему умереть за наше спасение. И если Авраам показал схожую стойкость, согласившись собственными руками принести в жертву своего сына, то мы должны верить, что Мария определённо сделала бы то же самое, с ещё большей решительностью, потому что Она была более свята и покорна Богу, чем Авраам. Но вернёмся к нашей теме. Как мы должны быть благодарны Марии за такое проявление любви, за то, что Она, так мучаясь, принесла в жертву жизнь Своего Сына за наше спасение! Господь действительно хорошо наградил Авраама за жертву, которую тот был готов принести, за готовность пожертвовать сына, Исаака. Но как мы можем воздать Марии за жизнь Её Сына, Иисуса? Ибо Она отдала нам Сына более великого и возлюбленного, чем сын Авраама. Эта любовь Марии, говорит Святой Бонавентура, весьма обязывает нас любить Её, любящую нас более, чем кто-либо другой; отдавшую нам Своего единственного Сына, Которого Она любила больше, чем Себя. Отсюда вытекает ещё одна причина любви Марии к нам: Она знает, что мы куплены смертью Иисуса Христа. Если мать узнает, что её любимый сын выкупил слугу ценой двадцати лет заключения и страданий, как будет она дорожить этим слугой! Мария хорошо знает, что Её Сын пришёл на Землю только для того, чтобы спасти несчастных грешников, как Он Сам и сказал: «Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее»[9]. И для этого Он согласился отдать за нас Свою жизнь: «Смирил Себя, быв послушным, даже до смерти…»[10] Если бы Мария не имела к нам большой любви, то получается, что Она не ценила бы Кровь Своего Сына, которая была ценой за наше спасение. Святой Елизавете Венгерской было открыто, что Мария со времени пребывания во храме всегда молила Бога, чтобы Он поскорее послал Своего Сына спасти нас. Насколько же сильнее мы должны верить, что Она любит нас, понимая, что Она знает, как высоко ценит нас Её Сын, удостоивший нас быть искуплёнными такой ценой.

Все люди были искуплены Иисусом, и поэтому Мария всех любит и благоволит ко всем. Святой Иоанн видел Её облечённой в солнце: «И явилось на небе великое знамение: жена, облечённая в солнце»[11].

«И явилось на небе великое знамение: жена, облечённая в солнце» («Непорочное Зачатие», Джованни Баттиста Тьеполо, 1767–1769).

О Ней сказано так потому, что, как «ничто не укрыто от теплоты его [солнца]»[12], так нет и живущего на Земле, лишённого любви Марии. «От его теплоты, то есть от любви Марии»[13] — дополняет Блаженный Раймонд Джордано. «О, кто может вообразить, — восклицает Святой Антоний, — какова забота нашей любящей Матери о нас! Она всем предлагает и подаёт Своё милосердие»[14]. Ибо наша Мать желала всем спасения и объединялась со Своим Сыном ради его обретения. Как утверждает Святой Бернард, Она определённо заботилась обо всём человечестве[15].

Некоторые преданные слуги Марии, как рассказывает Корнелий[16], имеют благочестивую привычку так молиться Богу: «О Господь, даруй мне то, что Пресвятая Дева Мария просит для меня»[17]. «Несомненно, — добавляет тот же автор, — что наша Мать желает для нас лучшего, чем мы могли бы сами пожелать»[18]. Благочестивый автор Бернардин де Бусти говорит, что Мария желает делать нам добро и подаёт нам благодати намного больше, чем мы сами могли бы получить[19]. По этому поводу Святой Альберт Великий применяет к Марии слова Книги Премудрости Соломона: «Легко созерцается любящими её и обретается ищущими её; она даже упреждает желающих познать её»[20]. Мария предвидит, кто будет прибегать к Ней, и даёт им найти Себя ещё до того, как они начинают искать. «Любовь, которую наша добрая Мать имеет к нам, так велика, — говорит Ричард Святого Лаврентия, — что, как только Она видит, что мы нуждаемся в чём-либо, сразу спешит помочь. Она приходит раньше, чем Её позовут[21]».

Итак, раз Мария так добра ко всем, даже неблагодарным и нерадивым, которые не имеют к Ней большой любви и редко обращаются к Ней, то насколько же более любящей Она будет к тем, кто любит Её и часто зовёт Её! «Легко находится ищущим Её». Святой Альберт добавляет: «О, как легко любящим Марию найти Её, и найти полной сострадания и любви!» Говоря словами Книги Притчей: «Любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня»[22]. Она провозглашает, что не может не любить тех, кто любит Её, и, хотя самая любящая Дева любит всех как своих детей, всё же тех, кто нежно любит Её, Она любит особым образом. Блаженный Раймонд Джордано утверждает, что Мария не просто любит счастливчиков, любящих Её, Она служит им, ибо, кто находит Пресвятую Деву Марию, обретает всё[23].

В Хрониках доминиканцев рассказывается, что один из братьев по имени Леонард каждый день двести раз предавал себя Матери Милосердия и когда его поразила предсмертная болезнь, он увидел прекраснейшую Царицу рядом, говорящую: «Леонард, умрёшь ли ты, чтобы пребывать с моим Сыном и со Мной?» «А кто ты?» «Я Матерь Милосердия, ты столько раз призывал Меня, вот, Я пришла забрать тебя; давай вместе пойдём в рай». В тот же день Леонард умер и, полагаем, последовал за Ней в царство блаженных.

«О наимилейшая Мария! — восклицает брат-иезуит Иоанн Берхманс. — Блажен, кто любит Тебя! Если я люблю Марию, я не напрасно настойчив и получу от Бога, чего бы ни пожелал». Этот благочестивый молодой человек никогда не уставал обновлять свою интенцию, повторяя себе: «Я буду любить Марию, буду любить Марию».

О, насколько наша добрая Мать превосходит в любви всех своих детей, даже если они любят Её из последних сил! «Мария всегда любит больше, чем любящие Её», — говорит святой мученик Игнатий. Давайте любить Её, как Святой Станислав Костка, который любил свою дорогую Мать так нежно, что, когда говорил о Ней, каждый слышащий его также желал любить Её. Он придумывал новые титулы, которыми прославлял Её имя; он никогда ничего не делал, не обратившись к Её образу с просьбой о благословении. Когда он читал Священный Розарий и другие молитвы, он повторял их с такой нежной искренностью, что казалось, что он говорит с Марией лицом к лицу. Когда он слышал, как поют Salve Regina, то и его душа, и даже выражение лица, загорались от любви. Когда однажды отец-иезуит, который направлялся с ним посетить образ Пресвятой Девы, спросил его, насколько он любит Марию, он ответил: «Отче, что я могу сказать? Она моя Мать». Этот отец говорит, что святой юноша произнёс эти слова с такой нежностью в голосе, с таким выражением лица, настолько сердечно, что казалось, что это уже не молодой человек, а, скорее, ангел говорит о любви к Марии.

Святой Станислав Костка SJ общается со своей Матерью (автор и дата создания гравюры неизвестны).

Давайте любить Её так, как Блаженный Герман, который называл Её своей возлюбленной супругой и был удостоен Марией того же титула. Давайте любить Её, как Святой Филипп Нери, который ощущал утешение от одной мысли о Марии и поэтому называл Её «моя радость». Давайте любить Её, как Святой Бонавентура, который не только называл Её своей Госпожой и Матерью, но также, чтобы показать, как нежно он любит Её, даже стал называть Её своим сердцем и душой: «Радуйся, Госпожа моя, Мать моя; даже больше — сердце моё, душа моя!»[24] Давайте любить Её, как Её великий почитатель Святой Бернард, который называл Её похитительницей сердец, желая выразить свою жгучую любовь: «Не похитила ли Ты, Госпожа, моё сердце?»[25] Давайте называть Её своей любимой Госпожой, как Святой Бернардин Сиенский, каждый день навещавший Её святой образ, чтобы засвидетельствовать свою любовь в нежных беседах, которые он вёл со своей Царицей. Когда его спрашивали, куда он каждый день ходит, он отвечал, что ходит к своей возлюбленной. Пусть все любят Её, как Святой Алоизий Гонзага, непрестанно носивший в сердце такую великую любовь к Марии, что, когда до него долетал сладкий звук имени его дорогой Матери, сердце его воспламенялось и все ощущали это пламя, исходящее от его сияющего лица. Давайте любить Её, как Святой Франсиско Солано, который, будучи поглощён святой страстью, иногда ходил с музыкальным инструментом к Её образу, говоря, что он, как и земные влюблённые, пел серенады своей возлюбленной Царице.

Святой Алоизий Гонзага SJ коронуется Пресвятой Девой Марией (автор неизвестен, 1750, изображение находится в костёле г. Сарлейнсбаха, Верхняя Австрия).

Давайте любить Её, как многие Её слуги любили Её, хоть и не имели возможности оставить свидетельство своей любви к Ней. Отец-иезуит Иероним из Трексо радовался называть себя рабом Марии и в знак своего рабства часто ходил в храмы, освящённые в Её честь. Подходя к храму, он обильно проливал слёзы нежной любви к Марии; затем он распростирался, слизывал их и тёрся лицом о пол, тысячу раз целуя его, ибо это был дом его любимой Госпожи. Отец Диего Мартинес из того же Общества за свою преданность нашей Госпоже на праздники, посвящённые Марии, восхищался ангелами в небесах, чтобы он мог увидеть, как они воздавали Ей честь. Он говорил: «Если бы у меня были сердца всех ангелов и святых, чтобы любить Марию, как они; если бы у меня были жизни всех людей, чтобы каждую из них посвятить любви Марии!» Пусть все любят Её, как Карл, сын Святой Бригитты, который говорил, что ничто в мире не утешает его так, как мысль о том, как сильно Бог возлюбил Марию; он добавлял, что лучше принял бы любое страдание, чем, если бы такое было возможно, Она потеряла бы малейшую частичку Своего величия; и если бы у него было такое величие, он бы отказался от него в Её пользу, ибо Она стократ достойней величия. Возжелаем же пожертвовать своими жизнями, свидетельствуя о любви к Марии, как желал Альфонсо Родригес. Давайте любить Её, как монах Франческо Бинанзио и Радегунда, жена короля Хлотаря, которые даже вырезали у себя на груди острыми инструментами имя любимой Марии; или как те, кто отпечатывал это имя калёным железом, чтобы оно отпечаталось чётче и оставалось дольше, как сделали её преданные слуги, иезуиты Баттиста Арчинто и Агостино д’Эспиноза.

Давайте, наконец, делать или желать делать всё, что может делать влюблённый, который хочет, чтобы любимый человек узнал о его чувствах. Но будьте уверены, любящие Марию никогда не сравнятся в любви с Ней. Святой Пётр Дамиани говорит: «Знаю, о Госпожа, что Ты самая любящая и любовь Твоя непобедима»[26]. Ты любишь больше, чем любящие Тебя, Твоя любовь непревзойдённая. Однажды Блаженный Альфонсо Родригес из Общества Иисуса, распростёршись перед образом Марии, воспылал любовью к Пресвятой Деве и разразился восклицанием: «О наилюбимейшая Мать, я знаю, что Ты любишь меня, но Ты не любишь меня настолько сильно, как я Тебя». Это было обидно и ранило, и Она ответила ему прямо с иконы: «Что ты говоришь, что говоришь, Альфонсо? О, насколько больше Моя любовь к тебе, чем твоя ко Мне! Знай, что небо и земля не так далеки, как разница между Моей любовью и твоей».

Прав был Святой Бонавентура, восклицая: «Блаженны, кому выпало счастье быть верными слугами и возлюбленными самой любящей Матери». Ибо Её никто из Её преданных слуг не превзойдёт в любви. Мария в этом отношении подражает нашему возлюбленному Искупителю Иисусу Христу, Своим покровительством вдвойне воздавая любящим Её. Со Святым Ансельмом я воскликну: «Да томится сердце моё, да истаивает и поглощается душа моя Вашей любовью, о мой возлюбленный Спаситель Иисус и моя дорогая Мать Мария! Но без благодати я не могу любить Вас, даруйте, Иисус и Мария, благодать душе моей, не по моим заслугам, но по Вашим, даруйте благодать любить Вас, как Вы того заслуживаете. О Бог, возлюбивший человека, Ты умер за Своих врагов, неужели откажешь в благодати просящему любить Тебя и Твою Мать?»[27]

ПРИМЕР

Отец Ауриемма[28] рассказывает об одной бедной пастушке, которая так сильно любила Марию, что её единственной радостью было посещать маленькую часовню нашей Госпожи в горах, где в уединении, пока паслись её овцы, она общалась со своей возлюбленной Матерью и воздавала Ей славу. Видя, что небольшая фигурка Марии, вырезанная в стене, ничем не украшена, она начала шить для неё накидку. Собрав однажды цветы на полях, она сплела венок и, взойдя на алтарь той маленькой часовни, возложила его на голову статуэтки, говоря: «О моя Мать, я бы хотела возложить Тебе на голову золотую корону с драгоценными камнями; но я бедна, прими от меня эту корону из цветов в знак моей любви к Тебе». Так эта преданная девушка всегда старалась служить и почитать свою возлюбленную Госпожу. Но давайте посмотрим, как наша добрая Мать вознаградила Своё дитя за посещения и привязанность. Когда она заболела и была близка к смерти, случилось, что рядом проходили два монаха. Устав от путешествия, они остановились отдохнуть под деревом; один спал, а другой бодрствовал, но оба видели одинаковое видение. Они увидели хор прекрасных дев, и среди них была одна девушка, которая превосходила других по красоте и величию. Один из братьев спросил Её: «Кто вы и куда идёте?» «Я Матерь Божия, — ответила Она, — и Я иду с этими святыми девами в близлежащую деревню навестить умирающую пастушку, которая много раз навещала Меня». Сказав это, Она исчезла. Эти двое добрых слуг Божиих решили тоже пойти к ней. Они пришли туда, где жила умирающая девушка, вошли в маленький домик и нашли её лежащей на охапке соломы. Они поприветствовали её, и она сказала: «Братья, попросите Бога позволить вам видеть тех, кто окружает меня сейчас». Они тут же преклонились и увидели рядом с умирающей девушкой Марию с короной в руке. Мария утешала её, а затем святые девы стали петь, и под эти сладкие звуки блаженная душа покинула тело. Мария короновала её и забрала её душу с Собой в рай.

МОЛИТВА

«О Госпожа, Похитительница сердец!» — воскликну я со Святым Бонавентурой. Любовь и покровительство Ты даруешь Своим слугам, Ты похищаешь их сердца; возьми и моё жалкое сердце, которое так упорно желает любить Тебя. Сам Бог, полюбив красоту Твою, спустился с небес в лоно Твоё, могу ли я жить без любви к Тебе? Нет. Не буду знать покоя, пока не обрету постоянной и нежной любви к Тебе, о моя Мать[29]. Ты полюбила меня так нежно, ещё когда я был таким неблагодарным по отношению к Тебе. Где бы я был, о Мария, если бы Ты не любила меня и не обрела бы столько милостей для меня? Если Ты так сильно полюбила меня тогда, когда я не любил Тебя, насколько же больше я могу полагаться на Твою благость, когда я теперь люблю Тебя? Я люблю Тебя, о моя Мать, я хотел бы иметь сердце, способное любить Тебя, ибо несчастны существа, не любящие Тебя. О, если б язык мой мог восхвалить Тебя как тысяча языков, чтобы все узнали о Твоём величии, святости, милосердии и любви, которую Ты имеешь к любящим Тебя. Если б у меня были богатства, я бы использовал их во славу Твою, если б были подданные, я бы сделал из них Твоих поклонников. Наконец, если представится случай, я положу свою жизнь во славу Твою. Я люблю Тебя, Мать моя, но боюсь, что не так люблю, как должен. Ибо я слышал, что любовь делает любящих похожими. Если же я вижу, что так не похож на Тебя, то это доказывает, что я не люблю Тебя… Ты так чиста, а я полон грехов; Ты так смиренна, а я горд; Ты так свята, а я порочен. О Мария, это Твоя работа; раз Ты любишь меня, сделай меня похожим на Тебя. Ты обладаешь силой изменять сердца, возьми же моё и измени его. Покажи миру, что Ты делаешь для тех, кто любит Тебя. Сделай меня святым, достойным Сына Твоего. На это надеюсь, и да будет так.


[1] Natura hoc bestiis infundit, ut catulos proprios ament. — Св. Амвросий, Иссл. 1. 6, гл. 4.

[2] Numquid oblivisci potest mulier infantem suum, ut non miseriatur filio uteri sui? Et si illa oblita fuerit, ego tamen non obliviscar tui. — Ис 49, 15.

[3] Ego Mater pulchræ dilectionis. — Сирах 24, 24 в Вульгате.

[4] Se dilectionis esse matrem merito gloriatur, quia tota est amor erga nos, quos in filios recepit. — Pacciuch. в Пс 86.

[5] Optabat quidem ipsa, ad sanguinem animæ, et carnis suæ addere sanguinem… et cum Domino Jesu corporali morte redemptionis nostræ consummare mysterium. — De sept. verb. Dom.

[6] Hoc mandatum habemus a Deo, ut qui diligit Deum, diligat et fratrem suum. — 1 Ин 4, 21.

[7] Mulier, ecce filius tuus. — Ин 19, 26.

[8] Sic Deus dilexit mundum, ut filium suum unigenitum daret… — Ин 3, 16.

[9] Veni salvum facere, quod perierat. — Лк 19, 10.

[10] Factus obediens usque ad mortem. — Флп 2,8.

[11] Et signum magnum apparuit in cœlo, mulier amicta sole. — Откр 12, 1.

[12] Non est qui se abscondet a calore ejus. — Пс 18, 7.

[13] A calore ejus, id est a dilectione Mariæ. — Размышл. о Д. М. в прол.

[14] Oh quanta est cura B. Virgini matri de nobis! Omnibus aperit sinum misericordiæ suæ. — Том 4, соч. 15, гл. 2.

[15] Constat pro universe genere humano fuisse sollicitam. — На Возн. Д. М., проп. 4.

[16] Лат.: Cornelius a Lapide.

[17] Domine, da mihi, quod pro me postulat Ss. Virgo Maria.

[18] Ipsa enim majora optat, quam nos optare possumus.

[19] Plus enim desiderat ipsa facere tibi bonum et largiri aliquam gratiam, quam tu accipere concupiscas. — Мариале II. На Рожд. Д. М., проп. 5.

[20] Præoccupat qui se concupiscunt, ut illis se prior ostendat. — Прем 6, 12–13.

[21] Velocius occurrit ejus pietas quam invocetur. — Поясн. к Песн, гл. 23.

[22] Ego diligentes me diligo. — Притч 8, 17.

[23] Inventa… Virgine Maria, invenitur omne bonum; ipsa namque diligit diligentes se, immo sibi servientibus servit. — В прол. к Размышл.

[24] Ave Domina mea, mater mea; imo cor meum et anima mea. — Размышл. над Ангельским Приветствием.

[25] O raptrix cordium! Nonne cor meum, Domina, rapuisti? — Ib.

[26] Scio, Domina, quia benignissima es, et amas nos amore invincibili. — Проп. 1 на Рожд. Д. М.

[27] Vestro continuo amore langueat cor meum, liquefiat anima mea… Date itaque piissimi, date, obsecro, supplicanti animæ meæ, non propter meritum meum, sed propter meritum vestrum, date illi quanto digni estis, amorem vestrum… O amator et miseriator hominum, tu potuisti reos tuos et usque ad mortem amare; et poteris te roganti amorem tui et matris tuæ negare? — In Depr. ad B. V.

[28] Affetti Scamb. — Том ii, гл. 8.

[29] Nunquam quiescam, donec habuero tenerum amorem erga matrem meam Mariam. — Б. Иоанн Берхманс SJ.


Перевод с английского языка осуществила Ольга Старжинская.

Впервые опубликовано в ежеквартальном журнале «Молись за нас» (№ 2 (74) 2017). Размещается на сайте dominus.by с разрешения правообладателя и переводчика.

Проповедь на Святейшее Имя Иисуса

Возлюбленные во Христе братья и сёстры! Сегодня празднуем день Святейшего Имени Иисуса Христа. Как мы только что слушали, при обряде Обрезания Ему дали Имя Иисус. Это Имя обозначает «Спаситель». И, действительно, Он наш Спаситель. Во время этой церемонии, этого обряда Ветхого Завета, Христос проливал первые капли Своей драгоценной Крови, и Ему дали Имя «Спаситель». И Своей Кровью Он спасёт в недалеком будущем всё человечество.

В истории были люди, которые получили от родителей имя и фамилию, но они им не понравились, они были недовольны тем, что родители им дали. Самый знаменитый из них — Владимир Ильич Ленин, его же настоящая фамилия не Ленин, а Ульянов. Он поменял её. Настоящая фамилия Сталина — Джугашвили, он тоже сменил её. Иногда человек берёт другое имя, чтобы скрыть своё настоящее: у всех бандитов и злодеев обычно есть прозвище, отличное от настоящего имени. Может быть, вы слышали о бойцах «группы Вагнера», они так себя называют, потому что Герхард Вагнер был самым любимым композитором Адольфа Гитлера. И вот эти бойцы будут вам сейчас играть музыку Адольфа Гитлера — можете себе представить, что от них ожидать (DOMINUS.BY и отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX решительно осуждают безбожную и человеконенавистническую идеологию национал-социализма; данное предложение и последующие упоминания Гитлера в статье преподносятся с исключительно негативным отношением к деятельности и наследию нацистов и их последователей. — Прим. DOMINUS.BY.)… Это имя — определённый знак на будущее. Как Иисусу дали имя Спаситель, так эти люди дали себе имя Вагнер. У шпионов есть агентурное имя, чтобы скрыть настоящее. 

В литературе существуют псевдонимы (с греческого языка «ложное имя»). Самый хитроумный псевдоним мы найдём у древнегреческого поэта Гомера в «Одиссее». Там Одиссей присваивает себе другое имя — Никто (это его псевдоним). И таким образом он спасёт свою жизнь: он попал в плен на острове великанов, и одноглазый великан Полифем держит его в неволе. И когда циклоп лежал пьяным, Одиссей выколол ему единственный глаз. И вот прибегают другие великаны, потому что они слышат крики и вопли этого бедного Полифема (ну он не такой уж и бедный, он людоед). Они спросили: «Кто это сделал с тобой? Мы его накажем». Он говорит: «Это сделал Никто». А если никто не сделал — значит, сам виноват; великаны отошли, и Одиссей был спасён. Сейчас не могу рассказать вам всю историю, но в этом контексте важно то, что псевдоним спас Одиссею жизнь.

Бог нам открыл Своё настоящее Имя, чтобы мы знали к Кому и куда мы должны обращаться. Ему не надо ничего скрывать, у Него с нами только одна цель: наше спасение. Поэтому дали Ему Имя Иисус — Спаситель. Он не отказался от Своего Имени, ведь мог сказать: «Это слишком трудное задание, дайте мне другое имя — Друг Народа». Сейчас мы видим таких «друзей народа», которые всегда говорят то, что люди хотят слушать. Но Он не менял Своё Имя, Его зовут Иисус — Спаситель.

Если человек нам не интересен, то можно спокойно не знать и игнорировать его имя. Но когда мы узнаём имя кого-либо, то уже начинается некоторое отношение к этому человеку. Каждое конкретное имя — это не лишь одно из миллиардов, оно обозначает конкретное отношение. И теперь Бог не является некоей неопределённой силой над Вселенной, когда каждый представляет Его себе, как хочет и как думает. Нет. Бог — это конкретное Имя: Иисус. Он воплотился, и стал Человеком, и имеет Своё Имя.

Задняя часть орната с монограммой Святейшего Имени Иисуса и надписью вокруг неё: «Да будет благословенно Имя Господа».

Один раз протестантский одноклассник говорил мне такую притчу про Бога: «Бог — это слон (Ну, правда, Он не слон, но это была притча. — Прим. отца Вернера.), а мы с тобой слепые. Ты трогаешь хобот, а я — хвост, и все мы думаем, что трогаем этого слона. Так что всё, что мы думаем и говорим о Боге — не то. Поэтому давай не будем ссориться между собой».

Ну это слишком простая притча, потому что Бог не слон. Он стал человеком и получил Имя. Бог вочеловечился, чтобы конкретно рассказать нам, что делать, а чего — нельзя. И Он имеет Глаза и смотрит на нас, имеет Уста и разговаривает с нами. Эти слова Божественные, они записаны в четырёх Евангелиях. Сегодняшний праздник очень важный, Бог воплотился, перед нашими глазами стоит воплощённое Слово Божие, Личность со Своим Именем. Имя Иисуса даёт нам возможность конкретно обращаться к Богу, даёт нам личный доступ к Нему. Это Имя должно прозвучать хотя бы внутри нас: «Господи Иисусе Христе, помилуй меня грешного». При любой работе, любой напряжённости можно про себя тихо, никому не слышно, повторять Богу: «Господи Иисусе, помилуй меня». Много свидетельств, когда при попадании в аварии на машине, сопровождавшиеся её вылетом с трассы в кювет, когда должен был быть перелом шеи или позвоночника, люди повторяли: «Господи Иисусе, помилуй меня», — и оставались целыми, хотя машина не подлежала восстановлению. Это произошло потому, что во время аварии человек много раз призвал Имя Иисуса. Помимо опасностей на дороге, есть и моральные опасности, когда тоже можно призвать Имя Иисуса.

В Деяниях Апостолов читаем, как Святой Пётр торжественно подтверждает, что не все имена одинаково спасительны. Утверждения по типу: «Какая разница: Иисус, Будда, Мухаммед — всё одно?» — являются современной ересью. Что говорит Святой Пётр? «Во Имя Иисуса Назорея иди. Братья, да будет известно всем вам, что нет другого Имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись». Это другие слова. Не те, что современные богословы говорят: «Всё одинаково». Первый Папа, Святой Пётр, рассказал и научил по-другому. Эта фраза была стимулом для всех миссионеров всех времён.

У ослеплённых людей были, есть и всегда будут другие имена, иногда намного более любимые, чем Сладкое Имя Иисуса. Французы с восторгом проливали свою кровь не за Имя Иисуса, а за Наполеона. Его имя в своё время было как волшебное слово. И пошли тысячами и сотнями тысяч. Когда французы были в Москве, когда их погибло двадцать тысяч, только два из них просили священника о Соборовании. Двадцать тысяч… Значит, все безбожники, кроме двух. Сладкое Имя Иисуса не призвали, зато у них был идол — Наполеон.

Немцы сделали ещё хуже: во время Третьего Рейха они даже приветствовали друг друга: «Спасение от Гитлера!» (перевод на русский язык их приветствия). Спасение не в Иисусе Христе, не в Боге, а в этом бренном смертном человеке. Этот обман длился двенадцать лет: с 1933-го по 1945-й годы.

Видите, все эти идолы были, есть и будут. Но они очень кратковременны. А в Советском Союзе? Иногда давали красивой новорождённой девочке имя Владилена в честь Владимира Ильича Ленина. Тоже какой-то идол. И таких много. На сегодняшний день в Соединённых Штатах зовут детей по имени великих звёзд эстрады: много мальчиков, которые сейчас уже в среднем возрасте и живут с именем Элвис Пресли, потому что во время их рождения был такой идол. Можно до вечера продолжать. Ещё хочется рассказать, как жалко многие эти звезды кончили…

«Во Имя Иисуса Назорея иди». И нету другого Имени спасительного. Поэтому и священника должно приветствовать фразой: «Слава Иисусу Христу!» Современные люди иногда говорят священнику: «Привет, Иван!» — или что-то по типу того. И вот будет ли хороший священник так приветствовать их? Это не очень хорошо, мы не должны видеть священника каким-то коллегой, мы должны видеть его служителем Иисуса Христа. И самому священнику напоминать, что он не простой человек и должен служить Иисусу Христу.

Потому и говорим: «Слава Иисусу Христу!» — не тебе же слава! Ты никто, инструмент, как заржавелый молоток, ты инструмент в руках Мастера. Так и священник всего лишь инструмент в руках Господа Бога. Мы это ему напоминаем. «Слава Иисусу Христу!» — очень правильно приветствие.

Часто повторяйте Сладкое Имя Иисуса, потому что нет другого Имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись.

Во имя † Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX

2 января 2022 года, Минск


Иллюстрация: Монограмма Святейшего Имени Иисуса, находящаяся на вершине центрального алтаря иезуитской церкви Иль-Джезу в Риме, где похоронен Святой Игнатий Лойола, (конец XVII века).

Раздел 2. Насколько должно возрасти наше упование на Марию от того, что Она наша Матерь

ВЕЛИЧИЕ МАРИИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

О молитве «Salve, Regina»

В этой части рассматриваются многие обильные милости, которые Матерь Божия дарует своим почитателям (по молитве «Salve, Regina»).

ГЛАВА 1

Salve, Regina, Mater misericordiæ

Раздел 2. Насколько должно возрасти наше упование на Марию от того, что Она наша Матерь

Не случайно и не напрасно слуги Божии называли Марию Матерью. В самом деле, они, кажется, не могли называть Её другим именем, неустанно называли именно Матерью. Да, Матерью! Ибо Она истинно наша Матерь, не по плоти, конечно, а духовно, Мать наших душ и нашего спасения. Грех, лишая наши души Божественной благодати, также лишил их жизни. Иисус, наш Искупитель, от избытка Своей любви и милости, пришёл вернуть эту жизнь через смерть Свою на кресте, как Он Сам и сказал: «Я пришёл для того, чтобы имели жизнь, и имели с избытком»[1]. Он сказал об избытке, и большинство теологов говорят, что ценность искупления намного превосходит оскорбление, причинённое грехом Адама. Примирив нас с Богом, Он Сам стал Отцом душ по закону благодати, что было предсказано пророком Исайей: «и нарекут имя Ему: Отец грядущего века, Князь мира»[2]. Если Иисус — Отец душ наших, то Мария — их Мать; ибо Она, дав нам Иисуса, даровала нам истинную жизнь; а после, принеся жизнь Сына на Голгофе за наше спасение, Она родила нас для жизни по благодати.

Итак, дважды, согласно Святым Отцам, Мария стала нашей духовной матерью: первый раз, согласно Альберту Великому, когда Её сочли достойной зачать в Своей невинной утробе Сына Божиего. Святой Бернардин Сиенский говорит о том же более чётко: «Когда Пресвятая Дева, после благовещения Ангела, дала согласие стать матерью предвечного Слова, которого Он ожидал, прежде чем сделаться Её Сыном, этим согласием Она с того времени настойчиво просит нашего спасения у Бога. Она так старалась обрести его, что с того времени как будто носила нас во чреве, как любящая Мать»[3].

Святой Лука говорит о рождении Марией Спасителя так: «Родила Сына своего Первенца…»[4]. Святая Гертруда писала: «Раз говорится, что Пресвятая Дева родила первого ребёнка, должны ли мы предположить, что после Него у Неё ещё были дети? Мы верим, что у Марии не было других детей по плоти, кроме Иисуса, а значит, у Неё должны быть духовные дети, и эти дети — мы»[5]. Господь открыл это Святой Гертруде, когда она, размышляя над евангельским текстом, смутилась и пришла в недоумение, почему о Марии, родившей только Иисуса, сказано, что Она родила первого ребёнка. Бог открыл ей, что Иисус — первенец Марии по плоти, а второй ребёнок, по Духу, — всё человечество.

«Матерь Божая Пещерная» (исп. Virgen de las Cuevas), Франсиско де Сурбаран (между 1644 и 1655).

В таком же духе применительно к Марии можно трактовать слова Священных Песней: «Чрево твоё — ворох пшеницы, обставленный лилиями»[6]. Святой Амвросий объясняет это так: «Хотя в невинной утробе Марии было всего одно зёрнышко, Иисус Христос, ворох пшеницы — это избранные, которые в этом зёрнышке содержались»[7]. И поскольку Мария становилась матерью избранных, рождая Иисуса, то Он справедливо назван «первородным между многими братиями» (Рим 8,29). Святой аббат Вильям пишет о том же: «Мария, рождая Иисуса, Спасителя нашего и Жизнь нашу, многих родила во спасение; родив саму Жизнь, она дала жизнь многим»[8].

Вторая причина, по которой Мария стала нашей духовной Матерью и ввела нас в благодатную жизнь — это то, что Она отдала, страдая, Предвечному Отцу жизнь Своего возлюбленного Сына на Голгофе ради нашего спасения. Святой Августин говорит: «Так как Она Своей любовью участвовала в рождении верных в благодатную жизнь, то стала духовной Матерью всех членов Тела, которому глава Иисус Христос»[9]. Понимание этого нам даёт также следующий стих из Священных Песней, относящийся к Пресвятой Деве: «поставили меня стеречь виноградники, — моего собственного виноградника я не стерегла»[10]. Святой Вильям говорит, что «Мария, чтобы спасти многие души, собственную душу отдала на смерть»[11], имея в виду, что Она, чтобы спасти нас, пожертвовала жизнью Сына. А кто же, как не Иисус, был душой Марии? Он был Её жизнью, Её любовью. Пророк Симеон предсказал оружие скорби, которое пронзит Её благословенную душу[12]. Это определённо было копьё, пронзившее бок Иисуса, Который был душой Марии. Через эту скорбь Она родила нас для вечной жизни, и поэтому мы можем называть себя детьми скорбей Марии. Наша любящая Мать всегда и во всём объединялась с волей Божией. «Поэтому, — говорит Святой Бонавентура, — когда Она увидела, что любовь Отца к людям столь велика, что Он ради их спасения готов отдать Сына, и любовь Сына, желающего умереть за нас, то Она тоже охотно пожертвовала Сыном и согласилась на Его смерть ради нашего спасения, подчиняясь и сообразовываясь с любовью Отца и Сына к человечеству»[13]. В смерти за искупление мира Иисус пожелал быть один: «Я топтал точило один»[14]. Но, когда Бог узрел великое желание Марии также посвятить Себя спасению людей, Он предопределил, чтобы через приношение жизни Иисуса Она могла сотрудничать с Ним в деле нашего спасения и стать Матерью душ наших. Это же имел в виду Спаситель, когда перед смертью, узрев с креста стоящую рядом Мать и Святого Иоанна, сказал Марии: «Се, сын Твой»[15], как будто говоря: «Вот человек, который через то, что Ты пожертвовала Моей жизнью ради его спасения, уже рождён для благодатной жизни». Затем, повернувшись к ученику, Он сказал: «Се, Матерь твоя»[16]. Святой Бернардин Сиенский говорит, что после этих слов Мария стала Матерью не только Святому Иоанну, но и всем людям, по любви, которую Она носила к ним в Себе[17]. На этот счёт Силвейра подметил, что сам Святой Иоанн, рассказывая об этом в своём Евангелии, пишет «говорит ученику: се, Матерь твоя». Подчеркнём, что Иисус говорит не Иоанну, а «говорит ученику», имея в виду, что Спаситель сделал Марию Матерью каждому, кто, становясь христианином, будет называться Его учеником[18].

Церковь относит к Марии слова: «Я матерь прекрасной любви»[19]. Любовь Пресвятой Девы делает наши души прекрасными в очах Божиих, а Её побуждает принимать нас как своих детей. «И как мать любит своих детей и заботится об их благополучии, так и Ты, о сладчайшая Царица, любишь нас и обеспечиваешь наше счастье», — говорит Святой Бонавентура.

О, как счастливы те, кто живёт под защитой столь любящей и могущественной Матери! Пророк Давид, хотя Мария ещё тогда не родилась, молил Бога о спасении, как сын, посвящая себя Марии: «Спаси сына рабы Твоей»[20]. Святой Августин спрашивает: «Какой рабы? Той, что сказала “Се, я раба Господня”». «И кто, — говорит кардинал Беллармин, — осмелится похитить этих детей из лона Марии, где они нашли защиту от врагов? Какая адская сила или какое искушение может победить их, если они полагаются на защиту великой Матери, их и Божией?»[21]

«Мадонна», Бартоломеус Шторер (1626).

Говорят, что некоторые рыбы, видя, что их малыши в опасности, прячут их во рту. То же Новаринус говорит о Марии: «Когда бушуют бури искушений, самая сострадательная Мать верных с материнской нежностью защищает их, они как будто находятся внутри Неё до тех пор, пока Она не приведёт их в бухту спасения»[22]. О самая любящая, самая сострадательная Мать, будь вовеки благословенна! И вовеки будь благословен Бог, отдавший нас такой Матери, благословен будь Бог за такое надёжное убежище от всех невзгод. Пресвятая Дева открыла Святой Бригитте: «Как мать, когда видит, что её сына окружают вооружённые враги, сделает всё ради его спасения, так и Я всегда буду делать ради Своих детей, какими бы грешными они не были, если они станут просить Моей милости»[23]. Поэтому в любой битве с силами ада мы должны побеждать, прибегая к Матери Божией и нашей, повторяя: «Под Твою защиту прибегаем, Пресвятая Богородица». О, как много раз верные побеждали адские силы, прибегая к Марии с помощью этой короткой, но сильной молитвы! Великая слуга Божия, сестра Мария Иисуса Распятого, бенедиктинская монахиня, с её помощью всегда побеждала злых духов.

Возрадуйтесь же, все дети Марии! Помните, Пресвятая Дева усыновляет каждого, кто желает, чтоб Она была его Матерью. Возрадуйтесь! Ибо стоит ли бояться быть потерянным, когда такая Мать защищает и оберегает вас? Святой Бонавентура говорит: «Каждый, любящий нашу добрую Мать и доверяющийся Её защите, должен набраться смелости и сказать: Возрадуюсь и возвеселюсь! Ибо какой бы приговор мне не был вынесен, он будет исходить от моего Брата и моей Матери»[24]. «Таким образом, — говорит тот же автор, — каждый, кто любит нашу добрую Мать и полагается на Её защиту, должен вдохновиться уверенностью, что Иисус — наш Брат, а Мария — Мать». Та же мысль заставила Святого Ансельма воскликнуть от радости и ободрить нас: «О счастливая уверенность! О надёжное убежище! Матерь Божия — наша Мать… Как велико должно быть наше упование, ведь спасение наше зависит от приговора доброго Брата и нежной Матери!»[25] Услышьте же зов нашей Матери, говорящей: «кто мал, обратись сюда!»[26] На устах малышей всегда слово «мама», и при любой опасности, от любого испуга они зовут мать. О наша любимая Мария! О самая любящая Мать! Это то, чего Ты хочешь от нас — чтобы мы стали маленькими детьми и звали Тебя при любой опасности; чтобы всегда прибегали к Тебе, ибо Ты желаешь спасти нас и помочь нам, как Ты уже спасла всех детей, прибегавших к Тебе.

ПРИМЕР

В истории основания Общества Иисуса в Неаполитанском королевстве есть история об одном благородном молодом шотландце по имени Вильям Элфинстон. Он был родственником короля Иакова и некоторое время прожил в ереси, в которой родился. Когда же его осветила божественная благодать, он стал понимать свои заблуждения. Будучи во Франции, он с помощью одного благочестивого отца-иезуита (тоже шотландца), а более всего благодаря посредничеству Пресвятой Девы, познал истину, отрёкся от ереси и стал католиком. Из Франции он отправился в Рим, где его друг нашёл его плачущим от горя и поинтересовался причиной. Вильям ответил, что ночью ему явилась его умершая мать и сказала: «Хорошо, сынок, что ты принял истинную веру; я же потеряна, ибо умерла в ереси». С того времени он стал ещё более ревностно посвящать себя Марии, избрав Её своей Матерью. Она вдохновила его стать монахом, и он поклялся себе, что им станет. Будучи болен, он отправился в Неаполь, чтобы поправить своё здоровье. Но Бог послал его туда, чтоб он мог умереть монахом: вскоре после прибытия он понял, что умирает, и слезами и мольбами упросил настоятелей принять его. Перед Последними Таинствами он принёс свои клятвы перед Святыми Дарами и стал иезуитом. Принеся клятвы, он стал нежно благодарить свою Мать Марию за то, что спасла его из ереси и дала умереть в лоне истинной Церкви, в монастыре, среди братьев. Он воскликнул: «О, как славно умереть среди множества ангелов!» Когда его попросили немного отдохнуть, он ответил: «Не время отдыхать, когда заканчивается моя жизнь». Перед смертью он сказал присутствовавшим: «Братья, вы видите ангелов небесных вокруг меня?» Один из монахов, услышав, что он что-то бормочет, спросил его, что он сказал. Он ответил, что Ангел-хранитель открыл ему, что он будет в Чистилище очень недолго, и скоро войдёт в рай. Затем он вновь стал говорить с Марией, своей любимой Матерью, и, повторяя «мама, мама», он спокойно почил, как дитя, засыпающее на руках матери. Вскоре после того одному из монахов было открыто, что он уже в раю.

МОЛИТВА

О моя пресвятая Мать! Как можно, имея такую святую мать, быть таким порочным? Мать, так любящую Бога, и быть так привязанным к земному? Мать столь богатую добродетелью, и быть таким бедным? О моя драгоценная Мать! Я и правда не заслуживаю быть Твоим сыном, потому что вёл плохую жизнь и недостоин. Я буду рад, если Ты примешь меня в качестве слуги. Я готов отказаться от всех царств мира, чтобы только меня признали одним из Твоих нижайших слуг. Я счастлив быть слугой, но позволь мне всё же также называть Тебя Матерью. Это имя всецело утешает меня, растапливает моё сердце и напоминает мне об обязанности любить Тебя. Это имя вдохновляет меня полагаться на Тебя. Когда я ужасаюсь при мысли о своих грехах и о Божественном правосудии, я утешаюсь мыслью о том, что Ты моя Мать. Позволь же мне называть Тебя Матерью, своей любимой Матерью. Так зову и так всегда буду называть Тебя. После Бога Ты будешь моей надеждой, моим убежищем и моей любовью в этой долине слёз. Я надеюсь умереть, в последний момент предавая душу в Твои святые руки, со словами: «Мать моя, мать моя Мария, помоги мне, сжалься надо мной». Аминь.


[1] Veni, ut vitam habeant, et abundantius habeant. — Ин 10,10.

[2] Pater future sæculi, princeps pacis. — Ис 9,6.

[3] Virgo per hunc consensum in Incarnatione filii omnium electorum salute vigorosissime expetiit et procuravit: et omnium saluti et eorum salvation per hunc consensum se singularissime dedicavit; ita ut ex tunc omnes in suis visceribus bajularet, tanquam verissima mater filios suos. — Тр. Пресв. Д. М., проп. VIII.

[4] Peperit filium suum primogenitum. — Лк 2, 7.

[5] Si primogenitus, ergo alii filii secuti sunt secundogeniti… Carnales nullos habuit Beata Virgo præter Christum; ergo spirituales habeat necesse est. — Spann. Polyanth. litt. m. t. 6.

[6] Venter tuus sicut acervus tritici vallatus liliis. — Песнь Песней 2,3.

[7] In quo virginis utero… acervus tritici… germinabat; quoniam… granum tritici genarabat… Sed… de uno grano tritici acervus est factus. — S. Ambr. de Instit. Virg.

[8] In illo uno fructu, in uno Salvatore omnium Jesu plurimos Maria peperit ad salutem. Pariendo vitam, multos peperit ad vitam. — Delrio in Cant. iv., 8.

[9] Plane mater membrorum ejus (quod non sumus) quia cooperata est charitate, ut fideles in Ecclesia nascerentur. — De S. Virginitatte, гл. vi.

[10] Posuit me custodem in vines; vineam meam non custodivi. — Песн 1, 5.

[11] Ut multas animas salvas faceret, animam suam morti exposuit. — Delrio in Cant. i ,6.

[12] Et tuam ipsius animam pertransibit gladius. — Лк 2, 35.

[13] Nullo modo dubitandum est, quin Mariæ animus voluerit etiam trader filium suum pro salute generis humani, ut mater per omnia conformis fierit Patri et Filio. — S. Bon. in Sent. lib. 1. d. 48, a. 2, q. 2.

[14] Torcular calcavi solus. — Ис 63, 3.

[15] Ecce filius tuus. — Ин 19, 26.

[16] Deinde dicit discipulo: Ecce mater tua. — Ин 19, 27.

[17] In Joanne intelligimus omnes, quorum B.Virgo per dilectionem facta est Mater. — Том 1, проп. 51.

[18] Joannes nomen est particulare… discipulus nomen est commune, utitur ergo hic nomine communi omnibus, ut denotetur, quod ipsa Virgo Maria omnibus dabatur in matrem. — В Евангелии, кн. 8, гл. 17, вопр. 14.

[19] Ego Mater pulchræ dilectionis. — Сирах 24, 24 в Вульгате.

[20] Salvum fac filium ancillæ tuæ. — Пс 85, 16.

[21] Quam bene nobis erit sub præsidio tantæ Matris? Quis nos detrahere audebit de sinu ejus? Quæ nos tentatio, quæ tribulatio superare poterit, confidentes in patrocinio Matris Dei et nostræ? — Bellarm. de Sept. Verb. 1, i c. 12.

[22] Fidelium piissima Maria, furente tentationum tempestate, materno affect eos velut intra viscera propria receptos protegit, donec in beatum portum reponat. — V. гл. xiv, вос. 81.

[23] Ita ego facio, et faciam omnibus peccatoribus misericordiam meam a filio meo petentibus. — Откр., кн. iv, гл. 138.

[24] Dic, anima mea, cum magna fiducia: exultabo et lætabor, quia quicquid judicabitur de me, pendet ex sententia fratris et matris meæ. — Св. Бонав., Монол. гл. 1.

[25] O beata fiducia, o tutum refugium! Mater Dei est Mater nostra… Qua igitur certitudine debemus sperare … quorum sive salus sive damnatio, de boni fratris et piæ matris pendent arbitio?

[26] Si quis est palvulus, veniat ad me. — Притч 9,4.


Перевод с английского языка осуществила Ольга Старжинская.

Впервые опубликовано в ежеквартальном журнале «Молись за нас» (№ 2 (74) 2017). Размещается на сайте dominus.by с разрешения правообладателя и переводчика.

Проповедь на Обрезание Господне

Во Христе возлюбленные братья и сёстры! В нашей часовне находится копия статуи чудотворного Пражского Младенца Иисуса. Сегодня, в начале нового года, у нас есть важный пример того, что копия не менее чудотворна, чем оригинал. Потому что чудо творит не материальная составляющая изображения, а святой или Божий Сын, Который на Небесах. 

Для лучшего понимания хочу вам привести сегодня дивный пример: 1 февраля 1994 года в городе Риме произошла большая трагедия. Из римской базилики Санта-Мария-ин-Арачели, церкви Пресвятой Девы Марии, находящейся на вершине Капитолийского холма, был украден всемирно известный чудотворный Младенец Иисус, Бамбино Санто. Для всех римлян это было неописуемой трагедией, так как со всего мира, особенно из города Рима, в этот храм посылают письма с просьбами. Францисканские монахи, ответственные за храм, кладут их перед скульптурой чудотворного Младенца Иисуса, Бамбино Санто. По преданию, она была вырезана из масличного дерева, которое стояло в своё время в Гефсиманском саду. Иногда этого Младенца Иисуса возят с почётным кортежем тяжелобольным людям города Рима. Римляне издавна ассоциировали этот образ с исцелениями людей, у которых нет надежды на выздоровление, которые обречены умереть. Согласно одному сообщению, где-то в 1800-х годах член дворянской семьи Торлония серьёзно заболел и монахов попросили принести Санто Бамбино к постели больного. Монахи подчинились желанию дворянина, и человек в итоге выздоровел. После этого принц Алессандро Торлония пользовался экипажем, чтобы по четвергам доставлять изображение Младенца Иисуса на дом всем желающим больным, которые не могли посетить базилику. До начала ХХ века карета принца Торлония была готова днём и ночью доставить Санто Бамбино к постели умирающего больного человека. В 1927 году советник посольства Великобритании серьёзно заболел тифом и был отпущен на покой. Кто-то из сотрудников предложил послать за Бамбино. Отец Филипп Лэнгдон отправился в храм Святой Марии на Капитолийском холме, но по возвращении он и сопровождавший его монах-францисканец были остановлены на Площади Венеции кордоном фашистских солдат Муссолини, перекрывших улицу, пока дуче, то есть Муссолини, не произнесёт речь. Несмотря на то, что они находились в машине с гербом кардинала, им не разрешили проехать, пока Лэнгдон не сказал, что они везут Бамбино Санто умирающему человеку. В этот момент солдаты вытянулись по стойке смирно и пропустили их (DOMINUS.BY и отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX решительно осуждают идеологию фашизма, ставящую коллективную идентичность людей выше Бога; данные упоминания фашистов преподносятся с исключительно негативным отношением к их идеологии. — Прим. DOMINUS.BY.).

И вот эта чудотворная статуя Младенца Иисуса была украдена 1 февраля 1994 года. Весь город Рим плакал, весь город Рим был возмущён. В своё время даже фашисты при Муссолини отдавали честь Божественному Младенцу, и вот в наши дни нашёлся злодей, который имел такую дерзость. Это было невероятное событие. В этот раз итальянская полиция, что для них необычно, работала максимально аккуратно и хорошо. Как правило, если в Италии что-то теряется или вещь крадут, то она уже никогда не возвращается. Тогда же они очень старались, но результатов не было. Обратились даже к мафиозным структурам, но они свято уверяли, что такое недопустимо по их кодексу. Результатов не было. Богатые римляне даже обещали большую награду тому, кто принесёт обратно эту чудотворную скульптуру, но безрезультатно. Жители Рима уже хотели было начать сбор денег и предложить огромную сумму вору, чтобы тот вернул статую, но тогда монахи-францисканцы сказали: «Нет, так не надо. Мы уже заказали копию и поставим её, даже если вы найдёте столь большие деньги. Ту скульптуру мы больше не установим». Они были категорически против торговли с бандитами и считали, что это благословения не принесёт. 

Бамбино Санто из церкви Пресвятой Девы Марии на Капитолийском холме

До сих пор эта статуя так и не была найдена. Может быть, у какого-нибудь миллиардера она находится в собрании украденных вещей. Но самое интересное, что пропавшая скульптура тоже не была оригиналом. Во времена Наполеона, когда тот захватил город Рим, в храме поставили копию, а оригинал увезли в какую-то не особо известную церковь, где до сих пор эта скульптура, сделанная из маслины из Гефсиманского сада, и находится без особого внимания больших толп людей. А копия с наполеоновских времён прославилась многочисленными чудесами.

Не важна материальная составляющая изображения — важно, кто изображается. Это Личность Небесная творит чудеса, а не кусок воска, дерева, гипса или чего-либо ещё. Например, солдат носит с собой фотографию любимой жены или невесты. Если он потеряет её или кто-то её украдёт с целью поиздеваться, то он достанет другое фото. И что, разве любовь не останется той же самой? Может быть, после этого он ещё больше полюбит свою жену. Монахи поставили новую статую, но количество писем со всего мира в храм Санта-Мария-ин-Арачели не уменьшилось. Достаточно написать на конверте: «Город Рим» и «Бамбино Санто» — и почта прекрасно поймёт, кому доставить письмо. Кстати, монахи не читают эти письма, они просто кладут их неоткрытыми ко Младенцу Иисусу — Он Бог и всё знает.

Можно понять богословие этих статуй в католических храмах. Мы почитаем не дерево или гипс, но Личность Небесную. Если у вас есть великое доверие, Бог сотворит чудеса и по молитве перед копиями. 

У нас есть красивая копия чудотворного Пражского Младенца Иисуса, причём Он ещё больше славится, чем Римский. И перед Ним я клал мощи некоторых великих святых, например Святой Марии Горетти, Святого Августина Великого. Пускай они все нам сопутствуют в новом году, чтобы он был благословенный, счастливый, и чтобы мы все не заболели никакой чумой.

В средневековом путеводителе по Риму для паломников «Mirabilia urbis Romæ» («Чудеса города Рима») привели историю, почему храм, где находится Санто Бамбино, называется так странно. Полное название: Базилика Пресвятой Девы Марии Жертвенник Небесный, по-латински: «in Ara Cœli». Что это за Жертвенник Небесный? Непонятно, откуда такое странное название у храма. В средневековом путеводителе рассказывается, что в I веке до нашей эры сенаторы города Рим, Римской Курии, предлагали присвоить императору Августу титул бога за то, что он был великим миротворцем. Предлагали называть его «божественный император Август» и поклоняться как богу. Ему же не понравилось это предложение. Но его сенаторы стали просить у него разрешение для поклонения. Тогда император призвал тибуртинскую сивиллу (женщину-пророчицу), которая через три дня предсказала ему пришествие во Плоти Царя, Который будет судить мир. После этого императору было видение Девы Марии с Младенцем, он услышал голос, говорящий ему, что это Алтарь Сына Божия. Он видел на Небесах Алтарь и Пресвятую Деву Марию с Младенцем Иисусом. Это видение произошло в палате императора Августа, где впоследствии была построена церковь Пресвятой Девы Марии Капитолийской, Санта-Мария-ин-Арачелли, где и находится Санто Бамбино.

Видите, что не только статуя была важна, но и место. Оригинал скульптуры XV века из оливкового дерева находится в другом месте, но никто туда не ходит в паломничества. Место имеет большое значение, так как и с ним связана эта история. Сейчас там находится храм, а раньше стоял дворец, в котором жил император Август, в этом же месте и находится Санто Бамбино, Который родился, когда император управлял Римом. Эта легенда красиво рассказывает о том, что Август не присвоил себе титул бога, зная, что он смертный человек и что нас будет судить Бог живых и мёртвых.

Пусть наши поступки в новом наступившем году будут достойными, а мы не будем совершать ничего порицаемого. Просим об этом Младенца Иисуса и Пресвятую Деву Марию Небесного Алтаря.

Во имя † Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Отец Вернер Готфрид Бёзигер FSSPX

1 января 2022 года, Минск


Иллюстрация: Статуя Пражского Богомладенца Иисуса, оригинал из церкви Девы Марии Победоносной.

Презрение Павла VI к католикам, не приветствовавшим литургическую реформу

Мы медленно и с меланхолией приближаемся к 50-й годовщине вступления в силу апостольской конституции Папы Павла VI Missale Romanum и к первому обязательному священнопразднованию Novus Ordo Missæ в первое воскресенье Адвента 30 ноября 1969 года. В связи с этим, следует напомнить, что этот раздражительный и раздражающий многих Папа считал необходимым часто обращаться к тем «критиканам» своего времени, которые жаловались на постоянные изменения, вносимые в римскую Литургию в течение 1960-х годов. Некоторым читателям уже известно о беспрецедентных общих аудиенциях в марте 1965 года и ноябре 1969 года (я подробно писал про них в докладе «A Half-Century of Novelty: Revisiting Paul VI’s Apologia for the New Mass»), но мало кто слышал о других публичных обращениях, в которых он продолжал свою тираду против тех, кто без энтузиазма отнёсся к реформе.

У Папы Павла был интересный стиль речей: такой, словно миряне и духовенство, будто счастливые граждане коммунистического рабочего рая, в восхищении и желании активного участия бросились принимать новую форму Мессы. Опубликованные и устные свидетельства, а также резкое сокращение количества верующих в 1960-х и 1970-х годах, позволяют предположить, что лишь незначительное меньшинство оценило «добрые намерения» комиссии Буньини. Таким образом, презрение Павла VI было направлено не только к большинству своих же единоверцев (что само по себе не особо походит на поведение святого); фактически, оно было направлено против многовековой традиционной католической практики, которая, несмотря на все свои возможные недостатки, удерживала большое количество верующих в Церкви и в вере, придавая им такие набожность и серьёзность, каковые было трудно найти за пределами католицизма, не говоря уже о том, чтобы где-либо они были выше. Совет, который Луи Буйе дал в 1956 году, остался незамеченным: «Мы должны не помогать искусственному сообществу участвовать в антикварной Литургии, а, скорее, готовить реально существующие сообщества Церкви к участию в правильно понятой и действительно традиционной литургии» («Life and Liturgy» (1956), pp. 14-15. Эти слова цитирует Алкуин Рид в предисловии к изданию Beauduin, «Liturgy, the Life of the Church». — Прим. Питера Квасневского.).

В этой статье я хочу предложить читателю некоторые цитаты Павла VI, которые я нашёл в толстенной подпорке для дверей под названием «Documents on the Liturgy 1963–1979». Эти цитаты раскрывают весь масштаб (или отсутствие масштаба) папской мысли в том, что касается значения participatio actuosa и позорного поведения тех, кто упорно противился маршу прогресса.

Обращение к итальянским епископам, 14 октября 1964 года (DOL 21)

«Литургическая реформа открывает нам путь к перевоспитанию наших людей в их религиозности, к очистке и оживлению их форм молитвы и набожности, к восстановлению достоинства, красоты, простоты и хорошего вкуса наших религиозных обрядов. Без такого внутреннего и внешнего обновления остаётся мало надежды на повсеместное выживание религиозной жизни в сегодняшних изменённых условиях… Развивайте сакральную музыку, набожное совместное пение народа. Помните, если верующие поют, они не покинут Церковь; если они не покинут Церковь, они сохранят веру и будут жить, как христиане».

Общая аудиенция, 13 января 1965 года (DOL 24)

«Своим стремлением довести конституцию о Литургии до точного и животворящего результата вы [миряне] показываете, что имеете то распознание знаков времени, которое Христос советовал своим первым ученикам (см. Матф 16:4) и какое Церковь сегодня пробуждает и находит во взрослых католиках… Вы показываете, что понимаете тот новый путь религии, который текущая литургическая реформа стремится восстановить… Теперь забота Церкви расширяется; сегодня она меняет определённые аспекты ритуальной дисциплины, которые теперь являются неадекватными, и старается отважно, но рассудительно проникнуть в их экклезиальное значение, в потребности сообщества и сверхъестественный смысл церковного культа. Чтобы понять эту религиозную программу и насладиться её ожидаемыми результатами, мы все должны изменить свой привычный способ мышления о священных обрядах и религиозных практиках как о чём-то, что требует лишь пассивного и растерянного присутствия. Нам нужно полностью осознать тот факт, что вместе с Собором родилась новая духовная педагогика. Это то новое, что принёс Собор, и мы не должны отказываться от того, чтобы стать сначала учениками, а затем и учителями в этой школе молитвы сейчас, у её начала. Может статься так, что реформы затронут очень дорогие нам практики, достойные уважения; что реформы потребуют от нас усилий, которые поначалу будут бременем. Но мы должны иметь послушание и доверие: религиозные и духовные перспективы, которые перед нами открывает конституция, очень важны в своей доктринальной основательности и аутентичности, в неоспоримости своей христианской логики, в чистоте и богатстве культурных и эстетических элементов, в своём ответе на характер и потребности современного человека».

Обращение к пастырям и великопостным проповедникам, 1 мая 1965 года (DOL 25)

«Вот некоторые из заданий: изменить столь многочисленные позиции, которые в ряде отношений сами по себе являются достойными уважения и дорогими для людей; пробудить набожных и хороших людей, представив им новые способы молитвы, которые они поймут не сразу; перетащить на сторону личного включения в совместную молитву многих людей, которые привыкли молиться — или не молиться — в церкви, как им нравится; усилить обучение молитве и культу в каждом сообществе, то есть показать верующим новые точки зрения, жесты, практики, формулы и позиции, которые поспособствуют активному участию в религии, к которому многие не привыкли. Одним словом, заданием является побудить народ Божий к священнической литургической жизни. Опять же, можно сказать, что это сложное и деликатное дело, но нужно добавить, что оно необходимое, обязательное, стоящее и восстанавливающее. Мы надеемся, что оно также принесёт удовлетворение».

Общая аудиенция, 17 марта 1965 года (DOL 27)

«Что люди думают о реформе Литургии?.. Во-первых, есть те, кто дают свидетельство об определённом замешательстве, а потому беспокойстве. До сих пор люди чувствовали себя удобно: они могли молиться так, как хотели, все довольно хорошо знали то, как происходит Месса. Теперь со всех сторон новые вещи, изменения, сюрпризы: дошло даже до того, что пришлось отказаться от звонков на Sanctus. Также есть молитвы, которые больше никто не может найти; Причастие принимают стоя; Месса внезапно заканчивается после благословения. Каждый даёт ответы, есть много движения; молитвы и чтения произносятся громко. Короче, покоя больше нет, вещи стали менее понятными и так далее. Мы не будем критиковать эти взгляды, потому что тогда нам пришлось бы показать, что они свидетельствуют о плохом понимании значения религиозных обрядов и приоткрывают нам не истинную набожность и истинную оценку значения и ценности Мессы, а, скорее, определённую духовную ленность, которая мешает сделать личное усилие для лучшего понимания и участия, направленного на лучшее понимание и выполнение этого самого сакрального из всех религиозных актов, в котором мы приглашены, а, скорее, в котором обязаны участвовать».

(Такого даже специально не выдумаешь!)

Гомилия в римском приходе, 27 марта 1966 года (DOL 33)

«Собор занял фундаментальную позицию, что верующие должны понимать то, что говорит священник (Данное утверждение, естественно, является открытой ложью со стороны Павла VI, поскольку Собор не занимал такой позиции, но занимал фактически иную; эту ложь он повторял десятки раз при различных поводах. — Прим. Питера Квасневского.), и участвовать в Литургии; быть не просто пассивными зрителями, а живыми душами… Посмотрите на алтарь, установленный теперь для диалога с присутствующими; вспомните латинский язык, который принесли в жертву, бесценное хранилище сокровищ Церкви. Это хранилище открыли, и сегодня разговорный язык людей становится частью их молитвы. Губы, которые часто были молчаливыми, словно запечатанными, теперь, наконец, начинают двигаться, поскольку всё собрание может произнести свою часть в диалоге… Не существует более того смутного феномена, что люди хорошо знают и высказываются на любую людскую тему, однако становятся молчаливыми и апатичными в Божием доме. Как возвышенно звучит во время Мессы совместное произнесение молитвы «Отче наш»! Так воскресная Месса становится не просто обязанностью, а удовольствием; не просто исполнением повинности, а воспринимается как право».

Возможно, самый фантазирующий и наименее реалистичный Папа в истории

Павел VI был пророком в том, что касается контрацепции, но не смог сделать то же самое в отношении Литургии.

Общая аудиенция в Кастель-Гандольфо, 13 декабря 1969 года (DOL 45)

«Благодаря интенсивному и длительному религиозному движению Литургия, увенчанная и, так сказать, канонизированная Вторым Ватиканским Собором, приобрела новые важность, достоинство, доступность и долю в сознании и духовной жизни народа Божиего, и мы предсказываем, что это будет ещё в большей степени наблюдаться в будущем».

Заметьте, что через три года после своих жалоб в 1966 году Павел VI всё ещё тянет волынку на тему сопротивления реформе и тех пороков, о которых это сопротивление свидетельствует:

Общая аудиенция в Кастель-Гандольфо, 20 августа 1969 года (DOL 46)

«Вторая категория, ряды которой пополнились встревоженными людьми после соборной реформы Литургии, включает подозрительных людей, критиканов, недовольных. Потревоженные в своих благочестивых практиках, эти натуры неохотно отдаются новым путям, однако не пытаются понять причины, стоящие за ними. Они считают новые выражения Божиего культа неудовлетворительными. Они прибегают к нареканию, которое портит им древний аромат текстов прошлого и не даёт почувствовать вкус того, что Церковь в эту вторую весну Литургии предлагает тем душам, которые открылись для значения и языка новых обрядов, санкционированных мудростью и авторитетом послесоборной реформы. Не очень сложное усилие, направленное на принятие и понимание, принесёт опыт достоинства, простоты и обнаруженной древности в новых Литургиях, а также принесёт во внутреннюю святыню каждого человека утешение и животворящую силу совместных священнопразднований. Внутренняя жизнь получит от этого бо́льшую полноту».

Общая аудиенция, 26 ноября 1969 года (DOL 211)

«Новый обряд Мессы — это изменение в почитаемой традиции, что имела место веками. Эта вещь затрагивает наше традиционное религиозное наследие, которое, казалось, имеет привилегию неприкосновенности и установленности. Она, казалось, вкладывает нам в уста молитву наших предков и наших святых и даёт нам комфорт благодаря ощущению, что мы верны духовному прошлому, которое мы хранили для передачи следующим поколениям.
Именно в такой момент, как этот, мы начинаем лучше понимать значение исторической традиции и общности святых. Это изменение коснётся обрядов Мессы. Мы заметим, возможно, с определённым чувством раздражения, что церемонии у алтаря больше не выполняются с теми самыми словами и жестами, к которым мы привыкли — возможно, привыкли настолько сильно, что больше не обращали на них внимания. Это изменение также затрагивает верующих. Оно имеет целью заинтересовать каждого из присутствующих, вытащить их из привычной личной набожности или обычной апатии. Нам необходимо подготовиться к этому многостороннему неудобству. Это тот вид огорчения, который вызывает любое нововведение, что вторгается в наши привычки. Мы заметим, что набожные личности встревожены наиболее, потому что они имеют свой собственный почитаемый способ слушания Мессы и они почувствуют, что их вытрясли из их обычных мыслей и обязали следовать за мыслями других. Даже священники могут почувствовать некоторое раздражение в этом отношении. Что же необходимо сделать по этому особому и историческому поводу? Прежде всего, мы должны подготовиться. Это нововведение — немалое дело. Мы не должны позволить себе удивляться природой и даже неудобством его внешних форм… Именно воля Христа, дыхание Духа Святого призывает Церковь сделать это изменение. В Мистическом Теле Христа, в Церкви, происходит пророческий момент. Этот момент встряхивает Церковь, пробуждая Её и обязывая восстановить таинственное искусство своего культа. И здесь будет замечена наибольшая новизна — новизна языка. Главным языком Мессы уже будет не латынь, а разговорный язык. Введение народных языков, несомненно, будет большой жертвой для тех, кто знает красоту, силу и выразительную сакральность латинского языка. Мы расстаёмся с голосом христианских столетий; мы становимся похожими на необразованных злоумышленников в литературном заповеднике сакрального слова. Мы потеряем большую часть такой очень важной и духовной вещи, как григорианское песнопение. У нас действительно есть причины для сожаления, почти что для замешательства. Чем мы можем заменить этот язык ангелов? Мы отказываемся от вещи бесконечного достоинства. Но зачем? Что может быть ценнее этих возвышенных ценностей нашей Церкви? Ответ покажется банальным и прозаичным. Однако это хороший ответ, потому что он человеческий, потому что он апостольский. Понимание молитвы стоит более шёлкового убранства, в которое она по-королевски одета. Больше стоит участие людей, особенно участие современных людей, которые так увлекаются простым языком, который легко понять и перевести в повседневный разговор».

Общая аудиенция, 3 ноября 1971 года (DOL 53)

«Церковь молящаяся (Ecclesia orans) получила от Собора свою великолепную идеализацию. Мы не должны забывать об этом, когда говорим о волнующей реальности литургической реформы. Даже в связи с духовным состоянием сегодняшнего мира эта реформа имеет большой вес благодаря своему происхождению, благодаря пастырскому намерению пробудить молитву среди народа Божиего. Это будет чистая и совместная молитва: внутренняя и личная, но, в то же время, публичная и общая. Её ценность заключается не просто в ритуальных делах, принадлежности к сакристии или таинственной и исключительно литургической эрудиции. Молитва должна быть религиозным утверждением, полным веры и жизни; апостольской школой для всех, кто ищет животворящей истины; духовным вызовом, брошенным атеистическому, языческому и секуляризированному миру».

***

Наблюдая с высоты последних пятидесяти лет, как литургическая реформа или подрывает сама себя, или потихоньку отменяется всё более сильным традиционалистским движением, мы имеем преимущество в том, что ретроспективно видим, что не нужно делать со своим драгоценным наследием, и усердно работаем над тем, чтобы делать противоположное. Великая ирония заключается в том, что новая литургия не является и никогда не была «апостольской школой для всех, кто ищет животворящей истины; духовным вызовом, брошенным атеистическому, языческому и секуляризированному миру». Наоборот, мы всё больше и больше видим, насколько хорошо это описание подходит классическому римскому обряду, который, словно феникс, восстаёт из пепла.

Выбор перед нами: традиционный Римский Миссал или…

Оригинал статьи опубликован в источнике 25 ноября 2019 года.

Автор: Питер Квасневский (Peter Kwasniewski)
Источник: Новое Литургическое Движение (New Liturgical Movement)
Иллюстрации: Новое Литургическое Движение (New Liturgical Movement)

Текст переведён и размещён с разрешения правообладателя.


Хотите прочесть эту же статью на беларусском, поддержав тем самым один из лучших беларусскоязычных сайтов, посвящённых римско-католической традиции? Вот ссылка:
https://scriptoriumnostrum.wordpress.com/2019/11/29/paul-vi-contempt/