Вы помните последнее стихотворение, которое Вы читали или слышали?

Рост популярности интернета и соответствующее снижение числа людей, которые говорят, что прочитали стихотворение в прошлом году, вызвали непрекращающуюся дискуссию среди тех, для кого ещё не безразлично, мертва ли поэзия. Как ни странно, но подобный вопрос ставят перед собой также и многочисленные последователи католической конфессии. Почему и зачем им это?

«Вплоть до относительно недавнего времени в истории христианского мира поэзия была основной формой литературы, которую люди любили и читали», — сказал Пирс: «Самыми продаваемыми произведениями литературы вплоть до времени Шекспира были поэмы. Нельзя говорить о наследии и оставить в стороне наследие христианской поэзии, тем самым совершая насилие над тем, что такое христианская литература».

А что случилось с поэзией?

Раньше стихи заучивались в школах и были повседневной частью литературной жизни людей — тем, с чем они просто сталкивались на регулярной основе.

«Я помню, как я рос... У нас дома был "Ридерз Дайджест", и там были стихи, и газеты, и "Кристиан Сайенс Монитор..." Там было много мест, где Вы просто сталкивались с поэзией», — сказал Тим Бет, который работает редактором поэзии для веб-сайта «Integrated Catholic Life (ICL)». «ICL» — это веб-сайт, который предоставляет статьи, духовные размышления, блоги и ресурсы, которые стремятся помочь католикам лучше жить жизнью веры.

Так что же, собственно, способствовало упадку?

Пирс винит в, так называемой, «смерти поэзии» современную культуру с её пониженными стандартами грамотности и восприятия, с уменьшенными требованиями внимания, вызванными нынешними технологиями. «Дело в нашей современной культуре. Проблема заключается в том, что большинство из нас тратит большую часть своего времени впустую, находясь в пустыни современных светских социальных сетей», — добавил он.

Майкл Дэна Джоя — католик по вероисповеданию, поэт по профессии и, в качестве поэта, — представитель штата Калифорния с 2015 года.

Джоя большую часть своей карьеры сделал в качестве поэта в светском мире, первые пятнадцать лет своей карьеры он писал ночью, работая в корпорации «General Foods», но, делясь своими переживаниями, заметил, что, будучи в Католической Церкви, он становиться всё более вокальным католиком, поскольку ему всё труднее быть католиком в мире поэзии и литературы.

Упадок католической поэзии в Соединённых Штатах, да и, в целом, в мире, он отчасти объясняет «очень сложным положением» католицизма в литературе.

«Католикам изначально было запрещено приезжать в США, а затем в течение длительного времени они пользовались очень маленькими правами там, где их вообще разрешали», — сказал он «CNA»: «Там сохранились и по сей день сохраняются, своего рода, антикатолические предрассудки по целому ряду религиозных, культурных, экономических и политических причин». «Американские католики, в основном, представляют бедные, иммигрантские общины из Европы, Латинской Америки и Азии, и, до настоящего времени, если Вы идёте в большинство католических церквей, Вы сидите среди бедных», — добавил он. По этим причинам до XX века не было никакой «значительной» католической американской поэзии (которая всё ещё читается сегодня), считает Джоя. Затем внезапно, примерно в 1950-х годах, в Соединённых Штатах произошёл взрыв католической литературы.

Такие писатели, как Роберт Лоуэлл, Флэннери О'Коннор, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Уокер Перси, Уильям Тейт и брат Антониус, возглавляли этот путь (многие из них были обращены из протестантизма). Католицизм начал впервые серьёзно восприниматься в американской культурной жизни. Но к началу 2000-х годов этого уже не было. «К 2000 году весь процесс остановился. В 2010 году католики были маргинализированы в Американской литературной жизни», — сказал он.

Джойя предположил, что причин для этого было несколько:

Во-первых, по мере того, как католиков принимали в американское общество, они всё больше секуляризировались. 

Во-вторых, мир искусства становился всё более антихристианским, и, наконец, Второй Ватиканский Собор вызвал «раскол» в Католической Церкви в Америке, обратив Её внимание на внутренние дебаты, а не на внешнюю, единую идентичность.

«Я самый неудобный рассказчик правды в этой комнате. Современная Католическая Церковь в Америке, да и везде, потеряла свою связь с искусством и красотой. На протяжении веков, тысячелетий Церковь действительно была покровительницей искусств и понимала, что красота была существенным средством для её евангелизации», — сказал он.

«Сейчас Церковь настолько поглощена практическими нуждами, что считает красоту непозволительной роскошью. Но красота это не роскошь, а центральный и существенный элемент христианской и католической веры. И мы знаем это, потому что если нам и есть что сказать о творении, так это то, что оно прекрасно: природа прекрасна, мир прекрасен, наши тела прекрасны. Таким образом, мы потеряли эту важную связь, потому что мы так заняты финансированием приходской школы, поддержанием работы социального центра для бездомных и оплатой ипотеки на церковь — всё это хорошо, но бесполезно, если евангелизация Церкви не будет услышана, во-первых, среди Её собственных прихожан, а, во-вторых, в современном мире», — сказал он.

Это проблема, которая была замечена многими в Католической Церкви — теми, кто обеспокоен «Новой Евангелизацией». Высказывание Фёдора Достоевского «Красота спасёт мир» стало боевым кличем многих католиков, которые стремятся заново воссоединить Церковь и искусство.

«Но правильная, здоровая католическая культура имеет два культурных направления — "диалога", идущих вместе в одном направлении», — заметил Джоя: «Одно — внутреннее, а второе — обращённое к миру. И обе эти беседы сильно истощились за последние полвека».

Что поэзия может сказать католикам

«Около 30 % всех Священных Писаний — это поэзия», — заметил Бете: «Даже католики, которые говорят: "О, я никогда не читаю поэзию", — если молятся Литургией Часов (форма молитвы, сосредоточенная на псалмах), то читают почти полностью лишь поэзию».

«Мы слышим эту поэзию, проповедуемую на Мессе каждую неделю» — добавил он: «Таким образом, знакомимся со всеми видами поэзии, что помогает нам лучше понять Священное Писание, потому что она учит нас думать метафорическим образом».

«На мой взгляд, одна из причин того, что там так много поэзии, заключается в том, что так трудно определить, кто такой Бог и насколько Он велик. Автор не может записать эту истину на бумаге в другой форме, кроме как используя поэзию».

Бете добавил, что поэзия часто является плодом молчания и молитвы, и, наоборот, одно может привести к другому. Пример этому можно найти в Священном Писании. Возьмём хотя бы «Песнь Марии», когда беременная Пресвятая Дева Мария навещает свою кузину Елизавету и дарит всем нам поэтическую песнь о том, как Бог благословил Её, призвав стать матерью Иисуса.

«Когда Мария должна объяснить Елизавете происходящее, что она делает? Она говорит в стихах. Очень мощных, сильных стихах, поэтому одна из моих надежд заключается в том, что, если люди читают современную поэзию, это учит их смотреть на вещи по-другому и это поможет оживить Священное Писание для них», — сказал Бете.

Пирс упомянул ещё одну причину, по которой католики должны заниматься поэзией. Она заключается в том, что Сам Бог — поэт.

Слово «поэт» происходит от слова «поэзис» (греч. ποίησις), которое означает «творить, созидать».

«Итак, когда мы становимся поэтами в этом, более широком, смысле слова "творение", это позволяет Богу творческим образом присутствовать в нас, поэтому мы на самом деле принимаем участие в Божественном, когда мы пишем стихи или читаем их, когда мы ценим это».

Многие великие произведения литературы, от «Беовульфа» до «Божественной комедии» и «Кентерберийских сказок», а также многие произведения Шекспира, являются творениями христианской и католической поэзии, как считает Пирс.

Святые тоже писали великие поэтические произведения, такие, как поэма Святого Патрика «О нагруднике» или «Песнь Святого Франциска Ассизского о брате Солнце».

www.catholicnewsagency.com/news/should-catholics-care-about-poetry-98799